Читаем Звезда Севера (СИ) полностью

— Госпожа Эвелин, — сказал он, избавив ее от надобности представляться, — лорд Фрэйл к вашим услугам.

Она поприветствовала его легким наклоном головы, приложив руку к плечу, как это было принято у нее дома.

— Несравненная Звезда Севера. О вас уже слагают много небылиц, госпожа, но я и подумать не мог, что вы настолько прекрасны.

— Вы мне льстите, лорд Фрэйл, — смутилась Эви.

— И в мыслях не было! Чего стоят только ваши прелестные…

Эрон демонстративно кашлянул.

Мужчина коснулся лба и груди, и отступил, напустив на себя виноватый вид, но в уголках губ угадывалась хитрая улыбка.

— Это все? — обратился принц к советнику Дэину.

Тот переглянулся с распорядителем в безмолвном диалоге и ответил:

— Да, ваше высочество.

— Тогда все свободны. Увидимся на пиру.

Отпустив сонных советников и мастеров, Эрон повел гостя через заднюю дверь в кабинет короля.

— Я привез тебе подарок, — сказал Фрэйл, с видимым наслаждением опустившись на один из стульев и вытянув длинные ноги в пыльных темных сапогах. — Он в конюшне. Потомок самого Гротеска, черный, как сама ночь, и злобный, как стая горных лэри. — Он сделал паузу и снова взглянул на нее. — И если позволишь, я привез подарок и для твоей прекрасной маэле.

— Для меня? — растерялась Эви, переводя взгляд с одного на другого.

— Да, в честь вашего прибытия в наши края. Вы ведь ездите верхом?

— Да, я умею ездить верхом.

— Вот и прекрасно. Сейчас ее приводят в порядок с дороги, но можем завтра на нее посмотреть. Если конечно ваш маэль позволит ее принять, — спохватился он.

На плечи словно опустили тяжелое колючее одеяло, тянущее ее к земле. Теперь она даже подарки не могла принимать без позволения принца. Какой же тогда в них смысл?

Фрэйл поднялся и обнял вошедшего Дэина, как старого друга, и мужчины все разом заговорили о чем-то своем из прошлого. Они смеялись, и глаза их светились радостью от встречи. Ее же перестали замечать, как деталь обстановки.

— Эрон, — тихо позвала она, наплевав на приличия, и принц мгновенно переключил все свое внимание на нее.

— Я устала, а мне еще нужно подготовиться к вечернему пиру. Могу я…

Он улыбнулся и отпустил ее коротким кивком головы.

Вежливо извинившись, она покинула зал через заднюю дверь. Линэль развернула перед ней накидку, но Эви остановила ее жестом.

— Нет смысла. Меня уже видели все прибывшие.

— Ваша правда, госпожа.

Она шла по коридорам замка, уже зная дорогу в свои покои, и не обращала внимания на взгляды. Шепоток сопровождал ее почти до северного крыла, но Эви двигалась спокойно и с гордо поднятой головой. Отпустив рабынь перед дверью, чтобы отдохнуть немного в тишине, она вошла в свою спальню.

На столе, прислоненный к флакону духов, стоял белый конверт с ее именем. Из груди вырвался тяжелый вздох. Кажется, об отдыхе можно было только мечтать.

***

Первый пир в честь двадцатипятилетия наследника Эфрии был в самом разгаре.

В пространстве между длинными столами кружили полуобнаженные воины с мечами, исполняющие танец войны. Их мускулистые тела, натертые маслом и покрытые позолотой, переливались в свете множества свечей и ламп. Металлические наплечники и наручи мрачно поблескивали. Мечи сверкали, описывая полукруги и сталкиваясь в воздухе. Шум барабанов и труб нарастал, ускоряя свой ритм, и гости невольно притопывали в такт или постукивали по столам.

Лучшие эфрийские белые вина лились рекой наравне со сладким красным ярлендским — вином с самого южного королевства. Столы ломились от обилия яств, но рабы в серебристых одеяниях едва успевали разносить кувшины и сменять пустые блюда на полные.

Эрон сидел на возвышении между отцом и северянкой, словно между двумя незнакомцами. Король Элмар был мрачен, как штормовое небо, и вливал в себя вино кубок за кубком, а бледная и молчаливая Эви почти не притрагивалась к пище. Он надеялся, что ей понравится представление, но ее, кажется, не заинтересовали ни певцы, ни трюкачи, ни танцоры.

Когда пролилась первая кровь — маленький порез для развлечения толпы — пирующие ахнули. Пострадавший воин стер каплю с плеча и улыбнулся, и гости взревели от восторга. Эрон невольно покосился на Эви, но она равнодушно смотрела перед собой, точнее, куда-то внутрь себя, и ее лицо не выражало эмоций. Что могло ее так расстроить? Заметив его взгляд, она вздрогнула и чуть рассеяно виновато улыбнулась.

Эрон не понимал, какая перемена послужила такому настроению. Еще утром несмотря на усталость она была приветливой, подарила ему плетеный браслет — сказала, что такие дарят воинам в ее краях, — и храбрилась перед аудиенцией. Но когда он послал за ней перед пиром, это была уже не та Эви, что утром. Сначала Эрон подумал, что она нервничает из-за встречи с таким скоплением народу одновременно, но теперь казалось, что все эти люди ее не интересуют, а происходящее совсем не трогает.