Читаем Звезда Берсеркера полностью

Он только начал подъем, когда наверху показался солдат. Солдат поднял крик. Суоми на крики внимания не обратил, продолжая медленно подниматься. Крики не утихали. Суоми взглянул вверх и обнаружил, что солдат целит в него копьем, словно собираясь бросить его.

— Если ты бросишь эту штуку, — крикнул он в ответ, — то тебе придется поднимать меня на руках. Неужели я так опасно выгляжу? Или ты такой пугливый?

Мышцы живота инстинктивно напряглись, ожидая удара копья, но удар так и не состоялся. Солдат замолчал, немного отодвинулся, послышались другие голоса, отвечавшие солдату. Суоми не обращал на них внимания, и больше не поднимал головы. Он испытывал головокружение от голода и усталости, его слегка лихорадило — очевидно, действие инфекции от ран. Борьба с подъемом заняла, казалось, бесконечное время. Наконец, он растянулся лицом вниз на относительно горизонтальной площадке в конце тропы подъема.

Пенопластиковый матрас оказался почти у его ног, когда он поднялся, но от Барбары не было и следа. Полдесятка хантерийцев, солдаты и два священника в бело-красных одеждах, окружили Суоми полукольцом, осыпая лающим градом команд, едва не заставив его отправиться в путь, противоположный только что пройденному своими мечами и копьями, острия которых едва не тыкались в его грудь. Наконец, один из аристократов рявкнул, перекрывая шум. Наступило подобие порядка. Затем оружие было убрано, и по команде аристократа, Суоми был раздет и обыскан, затем обыскали его одежду и швырнули ему обратно.

— Что вы сделали с девушкой, которая здесь была? — спросил Суоми. Никто не побеспокоился ему ответить.

— Отведите его в корабль, — приказал аристократ солдатам.

— Лучше сначала связаться с Андреасом и сообщить ему, — посоветовал осторожный второй. После небольшого спора они достигли компромисса, и Суоми был введен по трапу в шлюз люка, стоявшего нараспашку. Там его оставили стоять. Двое солдат держали его за руки. Солдаты были людьми весьма крупными, сильными, и как только прошло первое замешательство, они точно и быстро выполняли все распоряжения командиров.

Суоми хотелось присесть, но он не был уверен, что снова сможет подняться. Из рубки доносились голоса — похоже, кто-то переговаривался по корабельному коммуникатору с кем-то, находившимся вне корабля. Отборный отряд Андреаса явно обладал более основательным знакомством с технологией, чем Суоми предполагал. Тем хуже.

Некоторое время спустя один аристократ вернулся со стороны рубки управления, остановился перед Суоми и критически его осмотрел.

— Андреас занят. Он совершает жертвоприношения. Думаю, этого мы просто посадим под замок, в его старой каюте. Здесь все обыскали десять раз — никакого оружия. Инопланетец, вид у тебя неважный.

— Если бы я мог немного поесть…

— Думаю, голодом морить мы тебя не станем. Хотя, быть может, ты об этом скоро и пожалеешь — что не умер от голода.

Он подал знак солдатам, чтобы они ввели Суоми в корабль.

У двери в рубку аристократ обернулся:

— Пока мы проходим здесь, держите его покрепче.

Они ввели его в рубку и совершенно правильно поступили, сдавив с двух сторон, будто тисками. Иначе он мог не выдержать искушения, метнуться к пульту и покалечить корабль, прежде чем его успели бы остановить. Но теперь на это надежды не было — его руки были сжаты с такой хваткой, какую ему было бы не разорвать и в лучшие свои дни, к каковым сегодняшний не принадлежал.

В большом пилотском кресле сидел еще один священник-аристократ. Он смотрел на работавший экран, показывавший лица двух мужчин в какой-то тускло освещенной комнате с каменными стенами, возможно, в подземелье. Тот мужчина, что стоял впереди, был Шенберг. За его спиной — еще один священник.

— Теперь, — сказал священник в кресле обращаясь к экрану, — ты говоришь, что крен в десять градусов при ручном управлении автоматически включает автопилота?

— Да, — сказало изображение Шенберга. — Если только отключена система искусственной гравитации. Тогда десять градусов — и будет автопилот.

— Шенберг! — крикнул Суоми. — Не помогай им пилотировать, Шенберг! Они служат берсеркеру. Ничего для них не делай, Шенберг!

Лицо Шенберга дрогнуло, но совсем чуть-чуть, глаза его проследили за переходом изображения Суоми на экране, стоявшем в комнате. Очевидно, один из переносных экранов-мониторов был доставлен в город. Солдаты, сопровождавшие Суоми, не попытались его поскорее выпроводить из рубки или заставить молчать.

— Берсеркер, Шенберг!

Глаза Шенберга закрылись. Лицо его казалось смертельно усталым. Слабый голос послышался в рубке корабля.

— Я знаю, что делаю, Суоми. Делай, что они тебе велят. Не осложняй наше общее положение.

Вместе со своим эскортом Суоми миновал рубку и быстрым шагом пошел вдоль коридора, ведущего к каютам пассажиров. Большинство стояло с распахнутыми дверьми, выставляя наружу выпотрошенное содержимое интерьеров. Каюта же Барбары была закрыта, к двери лениво прислонился солдат.

— А девушка там? — спросил Суоми. И снова никто ему не ответил. Суоми подумал, что сейчас это уже не имеет значения — там ли она, или нет.