Читаем Звезда Берсеркера полностью

— На Земле. По крайней мере, была там год назад. Согласилась принять участие в рутинной переписи. Находилась она в некоем Храме Последнего Спасителя.

— Что-то религиозное, судя по названию. Никогда раньше о нем не слышал.

— Я тоже. Они постоянно возникают и исчезают.

Несколько секунд Тупелов хранил молчание. Он сунул палец в рот, вытащил обратно, потрогал им стоящую на столе катикулу, которая как раз зацвела.

— Не уверен, что стоило бы привозить ее сюда как раз в данный момент. Это только привлечет ненужное внимание.

— Но я хотел бы иметь разрешение сделать это, под личную ответственность. После засады у Бутылочного Горлышка весьма разумно предположить, что враг что-то знает о Мишеле, и что он теперь находится здесь. Тогда сведения вскоре достигнут друзей берсеркеров на Земле. Нашей местной добро-жизни, как они себя называют. Возможно, они тоже знают, что Темисвар — мать Мишеля. Записи в адапт-центре в относительной недоступности, но ведь сам центр на Алпайне…

— Да. Ненадежное место. Хорошо. Анджело, если ты считаешь, что должен…

…

Мишель чувствовал, что все вокруг него работают на пределе скорости.

Он пробыл на Лунной базе всего одни стандартные сутки. Он лишь второй раз был облачен в Ланселот. И вот сейчас Ланселот был его единственной защитой, и они поднимались грузовой платформой лифта на ночную, скованную стоградусным морозом безвоздушную поверхность Луны. С ним была сотня взрослых людей. Военные, ученые, техники… все в скафандрах… почти все. Франк, как он сам говорил, свой скафандр всегда носил с собой.

Короткий состав контейнеров тела Франка стоял на своих колесах рядом с Мишелем, справа от него. Слева стоял Эдмон Иенари, руководитель группы ученых, маленькие, цепкие глаза которого пристально изучали Мишеля из-под прозрачной лицевой пластины шлема.

— Все в порядке, Мишель? — спросил доктор Иенари.

— В порядке.

— Я уверен, что ты справишься.

Давление воздуха постепенно падало. Мишелю сказали, что Ланселот обеспечит его кислородом в полной степени, и он не сомневался, что это так. Он чувствовал себя превосходно — по мере падения давления, свернувшаяся вокруг него дымчатая «материя» Ланселота начала потрескивать, словно шелестели бумажные хрусткие крылья. Сплетение полей было почти невидимым и почти неощутимым, и у Мишеля не было чувства, что он заключен в какую-то оболочку или замкнут в ограниченном пространстве. Медик, стоявший в группе людей неподалеку — они все смотрели на Мишеля с деланным спокойствием, — сказал:

— Ты все еще дышишь. — Это был наполовину вопрос, наполовину комментарий.

— Да, — сказал Мишель, и тут же осознал, что он действительно продолжает делать дыхательные движения. В легкие все еще попадал какой-то воздух. Очевидно, наружное давление оставалось достаточно ощутимым, чтобы воздействовать на рефлекторные окончания легких и заставлять их работать. Еще до начала испытания ему объяснили вкратце — и объяснение он не совсем понял, — каким образом будет Ланселот снабжать его организм кислородом через тысячи безболезненно пронзивших его кожу и ткани силовых капилляров. Через эти же канальцы будут выводиться из тела продукты распада. Ланселот позаботится о том, чтобы эти продукты прошли цикл очистки и скова были возвращены в организм. И вот теперь Мишель обнаружил, что может без труда перестать дышать — и дыхательный рефлекс оказался очень легким для подавления.

Секунду спустя он уже позабыл о своем теле. Над головами поднимавшихся на платформе начали распахиваться гигантские створки, за которыми сверкало звездное небо.

На Алпайне лишь изредка можно было видеть в ночном небе случайную звезду. Бывали дни, когда в туманности открывалось «окно» и сквозь него можно было любоваться кусочком звездного неба, — лоскутком галактического великолепия в ноготь величиной. В такие ночи люди выходили по вечерам из домов.

Спокойный промежуток пути Мишеля с Алпайна на Лунную Базу позволил ему впервые по-настоящему увидеть то, что все еще называлось Млечным Путем. Но смотреть на звезды через иллюминатор или объективы экрана — это было совсем не то. Когда платформа легко остановилась на одном уровне с лунной поверхностью — Солнце и Земля были за горизонтом — все небо оказалось заполнено звездами.

Испуга это зрелище не вызывало по одной причине — звездный небосвод был таким далеким!

Чуть прищурясь, Мишель поднял правую руку. Он не забыл наполнить легкие воздухом — так его слова будут слышны четче для тех, кто общается с ним через радиопередатчик Ланселота.

— Что это?

— Ты имеешь в виду эти три звезды, расположенные в ряд? — с сомнением в голосе спросил Иенари. — Это пояс Ориона. Или Охотника, как иногда его называют. Ты читал о наших созвездиях?

— Нет, я не об этих трех звездах. Мишель указал в небо пальцем, за которым протянулась парабола голубоватой дымки. — Еще дальше.

Непонятный небесный объект был ослепительно ярок и переливался такими цветами, что Мишель даже не мог подобрать им названия — он их просто не видел никогда раньше.

— Таурус? Альдебаран? Телец?