Читаем Звезда Берсеркера полностью

Сикстус кивнул, улыбнулся, тряхнул головой. Снизу снова донесся шум — силовая пила с аппетитом принялась разделывать древесину, производя, несомненно, текстуру, которую не способны были создавать более современные режущие устройства. Как рассказывали Ломбоку, там работала небольшая армия рабочих: столяры, резчики, подручные.

Он нарушил напряженную тишину, повисшую в комнате:

— Я заметил, что в магазине в космопорту продается одно из произведений Мишеля. Я очень ждал встречи с ним. Это возможно…?

— Да, конечно! Он будет очень рад с вами встретиться. Сейчас он, наверное, работает. — Кармен бросила озабоченный взгляд на потолок.

Вместе они поднялись по нескольким лестничным пролетам, потом пошли по длинному коридору. Сикстус, завладевший дорожной сумкой Ломбока, попутно оставил ее в темной, полной соснового аромата спальне. Внутренний интерьер дома был та же роскошен и подчеркнуто выдержан в сельском стиле, как и его наружная сторона.

Одна из дверей в конце устланного ковром коридора была слегка приоткрыта. Какрмен осторожно раскрыла ее, заглянула в комнату.

— Мишель? У нас гость, и он хочет с тобой поговорить.

Комната была очень просторной, даже для комбинации спальни с мастерской. И освещена она была не хуже, чем витрина ювелира. В дальнем конце стояла кровать со смятым бельем, с огромными, измятыми подушками. Вдоль стены шел темный ряд окон. Шторы, словно позабытые, не были задвинуты.

У стены, идущей от двери, стоял длинный стильный рабочий верстак с массой принадлежностей ли резьбы по дереву и заготовок. Посередине находился рабочий табурет, и на нем примостился мальчик. Ему было десять лет, у него были длинные, словно выцветшие волосы, и он серьезно посмотрел на вошедшего Ломбока.

— Привет, Мишель!

— Здравствуйте. — Голос у мальчика был тонкий и самый обыкновенный. Волосы у него были скорее песочные, чем русые. Узкое лицо и большие, ясные глаза придавали ему вид чего-то хрупкого, непрочного, но он твердо сжал ладонь Ломбока, и смело посмотрел ему прямо в глаза. Он был бос, и одет во что-то вроде пижамы, кое-где покрыт древесной пылью и тонкими стружками, словно он весь день провел в этой одежде за верстаком.

— Ах, Мишель, — заговорила Кармен, — почему ты не переоделся? Мистер Ломбок подумает, что ты нездоров и не сможешь… Ты хотел бы отправиться в дальнее путешествие, милый?

Мишель соскользнул с высокого табурета и теперь стоя, почесывая голень одной ноги ступней другой.

— Куда?

— На Землю, — сказал Ломбок, подчеркивая голосом, что он разговаривает со взрослым, а не с ребенком. — И уполномочен предложить тебе стипендию в Академии.

Брови Мишеля чуть приподнялись — и в следующее мгновение лицо его засияло улыбкой, превратившись в лицо обычного десятилетнего мальчика.

…

Десять минут спустя взрослые перешли на террасу, где нежная аура инфракрасного излучения из скрытого источника отгоняла прочь излишнюю ночную прохладу. Бесшумный робот на мягких колесах принес горячие напитки.

— Наверное, вы им очень гордитесь, — сказал Ломбок, делая первый глоток, и внимательно наблюдая за собеседниками.

— Будь мы биородителями, мы не могли бы гордиться больше, — вставил Сикстус. — Мы оба — резчики тоже. Там, в адаптационном центре, неплохо поработали над установлением генетического соответствия.

Ломбок еще раз отпил из своей чашки, потом осторожно поставил ее на столик.

— Я не знал, что Мишель был вами усыновлен, — солгал он тоном в меру заинтересованного темой человека.

— Да, да. Он знает об этом, конечно.

— Я как раз подумал… можно, я задам немного личный вопрос?

— Да, пожалуйста.

— Хорошо. Вы не пытались выяснить, кто были его биородители?

Оба его собеседника удивленно и отрицательно покачали головами.

— Сам премьер Алпайна не смог бы получить эту информацию, — заверил его Сикстус. — Медицинские карты биородителей доступны, в целях охраны здоровья. Но это все, что можно выжать из них… если биородители пожелали наложить запрет на выдачу сведений.

— Понимаю, — задумчиво сказал Ломбок. — И тем не менее, завтра я попытаюсь что-нибудь выяснить. У нашего заместителя директора есть одна идея-фикс: провести корреляцию между стилем жизни биородителей и способностями и достижениями ребенка. Центр адаптации находится на Алпайне?

— Да, в Глетчер-сити. Но я уверен — вы ничего не добьетесь там.

— По-видимому, но я должен доложить, что пытался. Утром я полечу туда. А потом… как я понимаю, наше предложение принято?

Прежде, чем он успел получить ответ, на террасу выскочил сам Мишель, уже переодевшийся, и плюхнулся в свободное кресло.

— Ох, какая энергия! — насмешливо воскликнула Кармен.

Мальчик пристально смотрел на гостя.

— А вы когда-нибудь видели берсеркера? — прямо спросил он, очевидно, следуя какой-то своей цепочке мыслей со свойственным молодости постоянством.

Сикстус усмехнулся, и Ломбок попытался перевести разговор в шутку:

— Нет, со мной пока все в порядке!

Но это был не ответ, конечно. И он видел, что Мишель ждет.