Интересно, в бытовом плане: обилие и разнообразие еды, вещей, спокойствие, обеспеченность и уверенность людей, обустроенность и аккуратность в каждом квадратном сантиметре, — конечно, был потрясен. Но в науке — мы не то что круче… Романтичнее что ли. И амплитуднее. Ребята точно могут построить себе и нам удобный дом. А мы им палатку… но на полюсе. Или на Луне.

Мне кажется очень важным вот это ощущение добрососедства, перспективной работы, интересной жизни и плодотворного взаимоотношения с немцами, как у Елены, так и у Максима.

Трудно было представить, что где-то через полгода произойдут политические потрясения, покруче Армянского землетрясения.

И это в ставшей нам столь близкой и по-рабочему — интересной стране — ГДР.

8.2 Вот — новый поворот. Последняя командировка на «Норд»

А продвижение проекта ODA-CON продолжалось, причем с еще большей активностью особенно после удачи с экспериментом по длительной консервации Армянской АЭС.

Интенсивно шла подготовка к очередным апробациям технологии ODA-CON на 4 блоке АЭС «Норд» с планом на октябрь-ноябрь 1989 г.

Одновременно активно прорабатывались возможности использования ODA-CON на других зарубежных АЭС. (Это АЭС «Пакш» — Венгрия, АЭС «Козлодуй» — Болгария).

Была намечена для небольшой представительной команды из СССР (я — руководитель) деловая поездка сразу в несколько этих стран. Болгария — для конкретизации работ на АЭС «Козлодуй», а оттуда — сразу в Берлин и Грейфсвальд на АЭС «Норд» для подведения предварительных и, мы надеялись, успешных итогов 3-х летней совместной работы. В дальнейшем эту же команду предполагалось привлечь и для работ на других зарубежных АЭС.

В Болгарии были 3 дня, АЭС «Козлодуй», затем г. София. Вечером 9 ноября 1989 г. у меня отметили «ноябрьские» праздники с друзьями — болгарами. На следующий день, 10 ноября, должен был состояться очередной съезд Болгарской Коммунистической партии. Это же был и день нашего вылета в Берлин. В застольной беседе болгары активно интересовались (почему-то у нас — «вы же из Москвы, все знаете»), что будет с Генеральным секретарем Т. Живковым. Кто-то из нас полушутя сказал, если не будет главным докладчиком — то скинут.

И вот утро 10 ноября. Провожают нас в аэропорту с удивлением — «Ну вы же все знали!». Мы — «что знали?» — «Скинули»! — «Кого —?», — «Живкова?!» — «Да еще говорят, что и в Берлине происходит что-то суперкрутое!»

Лёту до Берлина — 2 часа. Приземляемся без происшествий в Берлинском аэропорту «Шёнефельд» (Schonefeld) и о диво! Выходим по трапу, а навстречу прямо по полю аэродрома Берлина наш радостный друг — Эрвин Чемпик, с двумя камнями в руках. Стена рухнула!!!

Так впервые воочию мы стали свидетелями очередного потрясения — крушения, казалось бы, незыблемой Берлинской стены

Эрвин: — «Г.А., давайте сейчас в отель, а потом все — на Курфю́рстендамм — (это торговая улица, но уже в западном Берлине). Туда можно пройти всем через разломы в стене». Эйфория и ощущение свободы! Я ему: — «Эрвин, а команда? Ее подставим, так как еще нет никакого официоза». Эрвин с трудом, но согласился. Затем долгие расспросы о том, что и как произошло в эти вечер и ночь 9-10 ноября, о чем мы были в таком неведении.

И что дальше? Общался с посольством. Ответ: «Вы руководитель делегации! Пока ничего не меняется. Действуйте по плану командировочного задания». Привет!»

Итак, едем на АЭС «Норд», в Грейфсвальд. В машине включили радио. Эрвин переводит. Полная неразбериха и свистопляска.

Ушел в отставку премьер — Вилли Штоф и все правительство. Новые лица, которых мы не знаем! Хорст Зиндерман, затем — Эгон Крейц. Этот оставался на посту во время нашей командировки. Позже и его сняли.

Встреча на АЭС. Обсуждение ситуации с коллегами по проекту прошли напряженно, но доброжелательно. В связи с полной политической неясностью в стране, пришли к решению о приостановке работ. Дальнейшее развитие событий (вне проекта) хорошо известно. Через год, в 1990 г. произошло объединение восточной и западной Германии! В этом же году было принято политическое решение об останове всех работающих блоков АЭС «Норд».

Да! Стена рухнула, АЭС — закрыта. Но!

К чести проекта ODA-CON и команды ZF сотрудничество по проекту продолжалось и далее в разных вариантах, иногда даже более масштабных и выгодных. Сохранились и личные контакты.

Армянская АЭС — проверка команды на сейсмостойкость, а дальнейшие десятилетия — тест на живучесть — партнерства, технологии и командного духа ODA-CON. «Zusammen — значит Вместе».

Удивительный и парадоксальный магнетизм немецко-русского взаимодействия.

А впереди был мощный ренессанс.

Глава 9. Ренессанс «good practice» ODA — CON в рыночной экономике

Мы любим все — и жар холодных числ,

И дар божественных видений,

Нам внятно всё — и острый галльский смысл,

И сумрачный германский гений…

А. Блок. «Скифы»