Читаем Зорге полностью

Пытаясь выставить себя в наиболее выгодном свете, Отт не только не рассказывал о финансировании поездок советского разведчика, но и «вспоминал», что вообще относился к Зорге с подозрением и даже якобы приказал следить за Рихардом: «Иногда на него что-то находило, и он на время исчезал; по моему поручению за ним месяцами велась слежка»[395]. Это более чем сомнительное откровение (если только Отт не имел в виду территорию посольства), так как подобная слежка совершенно невозможна в токийских условиях, где каждый европеец выделялся из толпы так, как будто он шел с транспарантом, а поручить что-либо японской полиции Отт не имел никакого права, и впоследствии мы узнаем еще об аналогичном опыте советских чекистов. Немецкий разведчик-дипломат мог думать, что обладает тесными связями с ней или с военной жандармерией кэмпэйтай, но это не значит, что японская сторона думала так же.

Да и журналист Фридрих Зибург, побывавший в Японии в 1939–1940 годах, тоже обратил внимание на то, что полковник Отт не только не мог и шагу сделать без информированного «помощника», но даже сам отправлял его в командировки: «Если в течение тех месяцев, что я провел в Токио, в мире происходило что-то особенное – будь то в Европе, в Японии или в зонах ее влияния, (будущий) посол Отт обычно тут же вызывал Зорге… Зорге являлся не только очень близким личным другом посла: он представлял собой важнейший для Отта источник информации. Последний ранее даже командировал его за свой счет на Азиатский континент, где Зорге изучал развитие японской экспансии и анализировал шансы Японии в войне с Китаем».

Неясно, к какому времени может относиться упоминание о такой поездке, но еще в августе – сентябре Зорге действительно провел в Китае около трех недель, посетив Шанхай, Пекин и другие города. Он тогда внимательно изучал на месте перспективы китайского сопротивления японской армии и в этом смысле действительно был ценнейшим источником информации и для Москвы, и для своего друга Отта.

Стоит ли говорить о том, что командировка была использована для встреч со Львом «Боровичем» – «Алексом», которому «Рамзай» передал очередную почту для Центра и, как обычно, получил от него указание и деньги для резидентуры. Впрочем, это была не единственная поездка Зорге в Китай и, возможно, не одну из них оплатила германская сторона. И здесь мы неизбежно подходим к теме, которая долгое время считалась «скользкой» – теме возможного сотрудничества Зорге с абвером или какой-либо еще германской секретной службой.

С хронологической точки зрения первоисточником гипотезы о том, что советский разведчик на самом деле был двойным агентом, является бывший шеф немецкой внешней разведки Службы безопасности (СД) рейха Вальтер Шелленберг. В своих мемуарах, написанных вскоре после войны, он отвел Зорге целую главу, в которой сообщил эту самую «шокирующую правду»[396]. Следует, однако, иметь в виду, что, по мнению глубоко исследовавшего данную тему Василия Молодякова и ряда отечественных и зарубежных историков, англоязычная версия «Лабиринта» Шелленберга, которую обычно цитируют, является неавторской посмертной компиляцией разрозненных записок бывшего разведчика и, если о каких-то фактах известно только из них, то к такой информации априори надо относиться с особой осторожностью и даже сомнением[397]. В «мемуарах» говорится, что Шелленберг впервые узнал о Зорге в 1940 году от Вильгельма фон Ритгена, главы Немецкого информационного бюро (ДНБ), упоминается, что Рихард работал одновременно на ДНБ и «Франкфуртер цайтунг», но надо четко понимать, что «работал» это значит «писал для них» и совершенно не обязательно эти записи должны были содержать секретные данные. Собственно, дальше Шелленберг об этом и говорит: «Он [Зорге] поддерживал с фон Ритгеном личную переписку, причем письма Зорге были, по существу, подробными обобщающими докладами»[398].