Читаем Змей Искуситель полностью

— Если это не какой-нибудь маньяк, способный купить всех вокруг, — Натали склонялась к этой версии и больше всего ее опасалась. Сложно предугадать и понять следующие шаги. Никогда не сможешь действовать на опережение. — Мишель одержима манией преследования, она умеет стрелять и драться похлеще любого агента. Теперь понимаю, что это имеет под собой основание.

— На нее покушались несколько раз за последний год, — поведал Айзенберг.

— Что? — Натали чуть не подскочила, но сдержалась. Вот почему Алекс самостоятельно совершал вылазки и вечно кого-то допрашивал. Искал обидчиков.

— Мы не придавали огласке этот факт, потому что под подозрение попадают все, даже родственники. У каждого да найдется мотив.

— Глупости. Никто не желал смерти Мишель.

— Мы могли бы подискутировать на эту тему, но это не относится к делу, — отмахнулся Айзенберг. — Алекс, кстати, тоже не единственный мужчина Мишель. У нее есть еще кое-кто.

— Как это понимать? — она не должна слушать столь возмутительные вещи, но не двинулась с места. Как выясняется, ее привычный черно-белый мир приобретал кучу оттенков.

— Когда ты после практики приняла присягу, поступив к нам в отдел, мы занимались делом Моретти, продолжили, так сказать. Ройс вообще возвел это дело до уровня миссии всей жизни. Тогда мы уже работали без Мишель. Она нам очень сильно помогла, заплатив большую цену, но в какой-то момент достигла предела и уехала в Лос-Анджелес.

Ей было двадцать. Можно сказать, что она еще крепкий орешек.

— Она не просто так уехала. Не знаю, рассказывала она тебе или нет, но в тот период она уже встречалась с Алексом.

Натали не лезла в их отношения, но понимала, что эти двое знают друг друга намного дольше, чем их начали освещать в таблоидах десять месяцев назад.

— Перед тем как уехать, Мишель пыталась покончить с собой. Алекс в то время все никак не мог определиться со своей помолвкой и семьей. А тут еще и ФБР, наши расследования. В нее стреляли, поджигали. Ей начали сниться кошмары. В какой-то момент она перестала отличать реальность от бреда.

Машина правосудия не ценила человеческие жизни и судьбы, к сожалению.

— Кошмары, как у меня? — Натали не узнала свой голос. Ей очень жаль эту девушку, оказавшейся в аду не по своей воле. В отличие от нее самой. Она получала какое-то нездоровое удовольствие от опасности и риска.

— Похоже, да, но не совсем. Я предлагал тебе помощь по своей методике, но ты отказалась. Держишь под контролем свое состояние. Мишель же послабее. Она истероидная, творческая, эмоциональная. Все, что с ней происходило, сломало ей психику. Медленно, по кирпичику.

Натали теперь еще больше заволновалась. Алекс наверняка в прошлом прошелся по ней, как бульдозер. ФБР в погоне за мафией сломало ей жизнь. И добрая, чуткая, все понимающая молодая беременная женщина, открытая всему миру, удерживалась сейчас каким-то ублюдком в плену.

Да, у Натали тоже не простая ситуация, но она за долгие годы моральной подготовки научилась держать себя и свои чувства под контролем. У нее все было хорошо. Кроме мужчин. Ни одного за десять лет. Что там. За всю жизнь. Да и к женщинам ее тоже не тянуло.

— Что произошло позже, доктор?

— Ее родители через Ройса обратились ко мне за помощью. Я ввел ее в то состояние, которое предлагал тебе. Полностью стер из ее воспоминаний Алекса и все, что было связано с мафией и ФБР.

Натали закашлялась, вылив на синий пиджак капучино. Неуклюжестью никогда не страдала, но сказанное Айзенбергом добило ее. На секунду представила гнев и ярость Алекса от того, что сделали Мишель и ее родители.

— Вижу, ты тоже считаешь это жестоким, — доктор усмехнулся, протягивая Натали салфетку. Но в тот момент мы сохранили юной девушке жизнь и психическое здоровье. Сейчас она уже все вспомнила, любовь Алекса ее излечила. Не переживай. Она более стабильна, чем когда-либо.

Интересно, а какие бы воспоминания Айзенберг стер бы у Натали, когда предлагал свою помощь?

— Что было потом? — спросила она, пытаясь вытереть кофейно-молочное пятно с борта пиджака.

— Она укатила в Лос-Анджелес на машине вместе с подругой и начала модельную карьеру.

— Это я знаю. Вы ведь не просто так о другом мужчине заговорили.

— Алекс уверяет, что он единственный мужчина в ее жизни, но есть один человек, достаточно близкий для Мишель. И он очень сильно нас всех интересует. Ты что-нибудь слышала о Джоне Ноулзе?

Натали прекратила безуспешные попытки оттереть пятно, бросив салфетку на стол. В последнее время она слишком часто слышала это имя. Не к добру.

— Новый генеральный директор «Левентис Девелопмент», — это правда. Все, что она о нем знала.

— Верно. Строительное подразделение. Прямой конкурент для таких гигантов, как «Лагранж Энтерпрайзес» и «Джей Ди Констракшн». Джону Ноулзу тридцать семь лет, а его семья живет где-то в Европе.

— «Левентис груп» давно под прицелом у Ройса и Бонаци.

Натали внезапно вспомнила отца Мишель. Как она могла забыть?