Читаем Змей Искуситель полностью

Прокурор устроил ей «веселый» допрос. Натали с чего-то решила, что коллега отнесется к ней уважительно и наладит партнерское взаимодействие. Ха! Этот садист, грезивший о своей политической карьере, натравил на нее помощников, а в конце и вовсе полил ее мерзостями вроде тех, что ей бы лучше находиться под папочкиным крылом, а не преступников ловить. Такого она не ожидала и будь это любое другое дело, она бы подала на него жалобу. Но в смерти Эдди Грина она до сих пор винила себя, несмотря на психотерапию и долгие разговоры с Айзенбергом на эту тему. Журналисты подливали масла в огонь, намекая, что деньги налогоплательщиков уходят не туда, если восьмилетних детей убивают в городе, где самая большая часть бюджета выделена на сохранение правопорядка.

Знала. Знала изначально, кто прячет ребенка. Ей никто не верил. Поэтому не могла простить себя. Не настояла. Не дожала. Все равно, что сама убила.

Ужасно хотелось бросить все к чертям, выпить чего покрепче и не просыпаться.

Она сидела в машине и боролась с тупой болью в висках, положив голову на руль и включив на полную мощность кондиционер. Жарко. Нет. Душно. Тревожно и невыносимо.

Из мыслей о бесполезности собственной жизни, Натали вывел звонок телефона в кармане пиджака.

Мишель уже ждала ее и переживала, не произошло ли с Натали что-то в дороге.

Выбитая из колеи разговором с прокурором, Натали все же смогла собрать остатки воли и своего железного характера в кулак. Подруге нужна поддержка, а не слезоточивая субстанция, в которую Натали могла превратиться без самоконтроля.

Опоздав на тридцать минут, она забрала Мишель возле жилого небоскреба на севере Манхэттена.

— Интересный выбор машины для мегаполиса, — с сомнением проговорила подруга, садясь на переднее пассажирское кресло. — В принципе, на такой можно не объезжать пробки, а гордо ехать в средней полосе, не давая никому себя обогнать. Наверное, для агента идеально подходит. Машина почти незаметна на дороге.

Натали закатила глаза. Мишель находила особое удовольствие в том, чтобы ее вечно подкалывать. Но этим-то она больше всего ей и нравилась. Дружат они не так долго, с июля прошлого года, зато буквально душа в душу, удивляя этим окружающих. Мишель Роулэнд — известная топ-модель, бросившая карьеру ради отношений с Алексом. Через два месяца у них свадьба. Другой невесты у Алекса и быть не могло. Высокая длинноногая красотка двадцати пяти лет с умопомрачительным лицом. Обладательница редких зелено-изумрудных глаз, непослушной волнистой черной шевелюры до пояса и изящных черт лица. Любой мужчина, встречающий Мишель, мгновенно терял дар речи. Идеальная — одно слово, которым можно было бы охарактеризовать Мишель.

В противовес ее внешности, внутри скрывался по-настоящему скверный нрав. Вспыхивала за секунду, могла ругаться и выяснять отношения при всех, злила до потери рассудка Алекса, чем немало радовала Натали. Кузен вел себя слишком правильно, аж до оскомины в зубах, зарывал себя и свою жизнь в служение семье и традициям. Мишель пробудила его к жизни. Натали видела это в его глазах, когда он смотрел на любимую женщину.

— Может надо дождаться Алекса, чтобы на прием к врачу с ним поехать? — предложила Натали, пока Мишель вносила адрес клиники в ее навигатор.

— Он в последнее время сам не свой. Трясется из-за меня. Даже охрану нанял. Вот видишь тот черный внедорожник?

— Кстати, а где Кай? — Натали помнила двухметрового охранника с лицом убийцы. Мишель всегда ходила в его сопровождении последние полгода.

— Нэт! Пожалуйста! Хотя бы ты не начинай! Отвези меня к врачу. Я устала уже от этого круглосуточно наблюдения. Задыхаюсь, будто меня под замок посадили. Я же с тобой еду. Не с мамой, не с сестрой. С тобой. Тем более ты прекрасно знаешь, что я могу за себя постоять. Да и охрана будет за нами плестись

Натали с опаской воззрилась на подругу. Алекс убьет ее, конечно. Но с другой стороны, рядом с ней сидела беременная женщина, безумно несчастная. Ничего страшного в том, что она немного развеется и придет в чувство. К тому же она очень хорошо знала Алекса — тот и правда мог задушить чрезмерной заботой.

— Хорошо. Но от меня ни на шаг не отходи, — предупредила Натали.

Мишель заулыбалась, на лице заиграли ямочки. Поклялась, что будет самой послушной подопечной на свете. Черта с два Натали ей поверила, но отказать не могла.

Клиника находилась не так далеко. Уже через полчаса Мишель в сопровождении подруги сидела в кабинете врача. А еще через пятнадцать минут они обе услышали заветное:

— Поздравляю! Вы беременны! — врач распечатала фотографию из ультразвука. — Срок пять недель И судя по всему у вас двойня.

— Двойня? — на выдохе спросила Мишель.

— У вас есть двойни в семье? — поинтересовалась врач.

— Да, у моего жениха по материнской линии, — вспомнила она. Мать Алекса, Делейни, в девичестве Клейборн, как раз была одной из двойняшек.

Натали представила на секунду довольное лицо Алекса. Этот человек делал все чрезмерно, с размахом. Даже детей.

— Почему ты смеешься? — спросила Мишель, но сама тоже улыбалась, сияя от счастья.