Читаем Злые пьесы полностью

Вилли: Брось-ка ты. Они сами нас кое-чему научить могут. Эй, там, приглушите свой ящик, говорить невозможно.

Анна: А нам слушать. Из-за вашего галдежа.

Вилли: Ты сейчас у меня дождешься! Совсем обнаглела!

Мицци: Погодите! С чего ты взяла, Лизель, что Мими — лицемерка?

Лизель: Ну как с чего? Мальчишке моему то и дело вкручивает: будь умницей, только учись. А мне говорит — на кой ляд ему эта учеба? Шел бы в мастерскую к Гансу. Все понадежнее.

Ганс: Стал бы толковым сантехником!

Вилли: Зачем он тебе, Ганс?

Лизель: Он же без отца растет. Его совсем заездили. А вам бы только языками потрепать.

Мицци: Все! Антракт! Как вам наша вилла?

Вилли: Я уже сказал, надо суметь отхватить такое.

Эрна: Да еще и обустроить.

Лизель: Да уж, не каждому по карману, не каждому…

Ганс: Не каждому!.. Да я на это всю жизнь горбатился.

Мицци: Мы во всем себе отказывали.

Ганс: Не то что некоторые. На Майорку в отпуск не ездили.

Эрна: Ну, поездка — все же не собственный дом. Этим нас упрекать не надо.

Ганс: Я только хотел сказать: кому что нравится. Но ты спроси у Мицци, когда она в последний раз могла позволить себе новое платье.

Лизель: Вас послушаешь, так прямо хоть подарки дари. А у самих что ни год — новая машина.

Ганс: Это из-за налогов. Исключительно из-за налогов. Они просто душат малый бизнес. Политика такая. Понимаешь? Большие фирмы становятся еще больше. За наш счет. Глотают нас, как мелкую рыбешку!

Эрна: Хотела бы я посмотреть на того, кто сможет тебя проглотить.

Вилли: Старого аса-истребителя!

Эрна: А в самом деле, детей у вас нет, почему бы вам не взять на работу Томми? Как это ни грустно, когда-нибудь придется идти на пенсию.

Ганс: А я бы взял. Я уже предлагал это Лизель. Так ведь, Лизель?

Лизель: Да, но учителей, видите ли, беспокоит его будущее.

Ганс: Беспокоит! Чего беспокоиться за сантехника? Он любого доктора за пояс заткнет. Я имею в виду заработок.

Мицци: А что, Гансик, если он достигнет большего? Почему бы и нет?

Ганс: Почему бы и нет… Если пробьется. Я тоже не думал, не гадал, что буду когда-нибудь ремонтировать эти засранные дома.

Мицци: Полно, Гансик. Нам-то уж грех жаловаться.

Ганс: Да я генералом бы стал! Если бы эти говнюки войну не проиграли. Я был бы генералом!

Вилли: Особенно по ночам.

Ганс: Не зубоскаль! Что ты знаешь? Что ты видел?

Вилли: Куда уж мне. Что увидишь со дна окопа?

Эрна: Не скромничай, Вилли. Ты был тяжело ранен.

Ганс: Так тяжело, что больше носа не высовывал.

Вилли: Уж не хочешь ли ты сказать, что я уклонялся?

Ганс: Нет, Вилли, Бог с тобой. Ты все правильно делал. Главное, мы живы. Твое здоровье!

Пьют.

Томми: Слыхала?

Анна: Классно.

Томми: Да нет. Я про этих, сзади.

Анна: Нет, не слыхала.

Томми: А надо бы.

Анна: Зачем?

Томми: Чтобы поняла, почему все это должно взлететь на воздух.

Анна: Как у тебя с головкой?

Томми: А тебя это не достает?

Анна: Я не слушаю.

Томми: Это же выхлоп буржуазных кишок. Гнилой дух истеблишмента. Дрисня позднего капитализма. Принесу тебе кое-что почитать, тогда поймешь, что вообще происходит.

Вилли: А что происходит?

Томми: Ничего.

Вилли: Так чего же ты шумишь?

Ганс: Вообще… эта музыка…

Эрна: Я тоже не люблю такую.

Вилли: Как только под этот грохот можно любезничать с девушкой?

Лизель: А ему и любезничать не надо.

Вилли: Особенно с нашей Анночкой. Ну это я так… вообще.

Томми: Поищем другое место.

Томми и Анна идут в дом, захватив магнитофон.

Вилли: Только без глупостей! Я не поленюсь проверить!

Мицци: Прекрати, Вилли!

Вилли: Осторожность не помешает.

Эрна: Он — парень хоть куда, уже может девиц охмурять.

Ганс: Это у него от отца.

Лизель (Встает.): Да, от отца. Тебе не уязвить меня, Ганс. Не уязвить!

Мицци: Да перестаньте же!

Ганс: А что тут такого? Он был бравым солдатом английских оккупационных войск. Разве не так?

Мицци: Ну, кончай, Гансик!

Лизель: Нет, пусть говорит, мне даже интересно!

Ганс: Ах, тебе интересно? Спасибо, что рот мне не затыкаешь! Или я сказал что-то плохое?

Вилли: Ну ладно. Проехали… А жаль все же, что «Хумба-мумба-тэтаре» вышла из моды.

Эрна: Мы всегда это пели на гулянии, в праздник строителей. Это было безумие какое-то!

Вилли: Такое уже не повторится.

Пауза.

Лизель: Он, видать, уже набрался.

Ганс: Кто?

Лизель: Ты! Кто же еще! Поэтому не все, что ты говоришь, я принимаю всерьез.

Мицци: Перестаньте! По новой начали?

Лизель: Я себя в обиду не дам.

Ганс: Послушай. Ты у меня в гостях, поэтому я тебе ничего не отвечу. Я знаю, что такое приличия. Но не начинай все сначала, иначе тебе придется пожалеть!

Лизель: Все мы выпили, тут и говорить нечего. В этом мы все одинаковы. Только это я и имела в виду. А начал-то как раз ты! Ты!

Мицци: Давайте выпьем! Будем здоровы!

Поднимают бокалы и пьют.