Ганс: Вдруг навстречу мне еще один. Глазам своим не верю. Ну, думаю, и нахал! Хватило наглости преследовать наши бомбардировщики до Бельгии. Ведь знает же, какая была заваруха. И мы пошли на сближение. Только спокойно, Ганс! Действуй с холодной головой! Мы начинаем одновременно. В лоб его не достать. Только если повезет. Главное — не подставлять ему спину или брюхо. Иначе пропал. Можно пойти на таран, тогда ты умрешь вместе со мной, собака! Ну, давай, подходи поближе! Я упрямый! Давай сшибемся! Ну давай же! И тут он не выдерживает. Он хочет пройти чуть-чуть повыше. И бац! Я уже пролетаю сквозь его обломки! Горячий привет Сталину!

Лизель: Браво!

Мицци: Тсс!…

Ганс: Три сбитых самолета… за один вылет… Но что такое? Я горю! Ну, старушка моя, только не подведи! Боже милостивый, только бы дотянуть до берега! Давай, старая добрая подружка! Так называл свою машину наш командир эскадрильи. И тут затрещало крыло. Не дергайся, Ганс, иначе утонешь! И вот наконец-то внизу земля. Какие-то луга. Только бы не врезаться в каменную стену, там, впереди! Удар — и я на земле! Сел без шасси, прямо на брюхо! (Он изображает вибрацию приземлившегося без шасси самолета.) А стена все ближе и ближе! Неужели это конец, Ганс?! О чудо! Машина замирает! А теперь поскорее наружу. Может взорваться бензобак! Машина уже в огне! (Он выпрыгивает из самолета.) Скорее! Подальше отсюда! Через стену! (Выпрыгивает из окна.)

Лизель: Браво!

Эрна: Как будто мы сами пережили такое!

Вилли (Подскакивает к окну и выглядывает из него.): Гансик! Гансик!

Все наконец поняли, что произошло, столпились у окна.

Мицци: Гансик! Гансик! Скажи что-нибудь! Ради Бога!

Эрна: Надо вызвать скорую, скорую!

Лизель: Какое несчастье!

Вилли: Он еще шевелится!

Все, кроме Томми и Анны, поспешно удаляются через люк. Анна закрывает окно.

Анна: Теперь они нам больше не помешают.

Томми влезает в самолет, приводит его в движение.

Томми: Тра-та-та-та! Бац! Бац! Привет Никсону! Бац! Бац! Сердечный привет Франко! Тра-та-та-та! Янки, гоу хоум! Большой привет Попандопулосу и персидскому шаху! Бац! Бац!

Анна (Открывает окно.): Не забудь перепрыгнуть через стену… в случае вынужденной посадки. (Спускается вниз.)

Томми: Тра-та-та-та! Бац! Бац! Большой привет дяде Гансу!

Конец

Когда птенчик выпадает из гнезда

Пер. А. Васильева

под ред. В. Фадеева

Действующие лица

Герман

Рези

Вольфи

Сцена первая

Жилая комната, обставленная дешево, но с претензией. Канапе, как непременный атрибут. Три двери, одна ведет в прихожую, другая — на кухню, третья — в боковую комнату. В середине — стол с четырьмя креслами. Рези стоит возле стола и выжидающе поглядывает в сторону прихожей. Входит Герман.

Рези: Котик, ты уже здесь? Опять пустой номер? (Герман пожимает плечами.) Три недели валандаешься. А что толку? Ты у меня такой стеснительный?

Герман: Поди сама попробуй, посмотрим, что получится. (Пыхтя, садится, скидывает обувь. Рези приносит ему домашние тапочки, убирает ботинки.) Фараоны на Восточном вокзале уже в лицо меня знают. Так и пялятся.

Рези (Передразнивая.): Так и пялятся! Так и пялятся!

Герман: Чего доброго, за карманника сочтут.

Рези: Дался тебе этот Восточный, как будто другого места нет.

Герман: Что бы ты понимала! Уж я-то знаю, где надо искать. А ты ни черта не смыслишь! Ни черта!

Рези: Ну, ладно уж. Что тут такого? Я просто спросила.

Герман: Который день без задних ног, а тебе бы только затюкать человека.

Рези: Да разве могу я затюкать моего котика! Ну, расстроилась маленько. Делов-то. Кофейку хочешь?

Герман: Будто я и сам не знаю, что на Восточном вокзале свет клином не сошелся.

Рези: Как насчет кофейку-то?

Герман: С кексом?

Рези: Со слоеной ватрушечкой.

Герман: Лучше пирога с рыбой.

Рези уходит на кухню.

Герман: «Другого места нет…»

Рези: Я просто спросила.

Герман: Мне на Южном хоть раз фартило?

Рези: Уж и спросить нельзя.

Герман: Ну, ладно.

Пауза. Рези появляется с кофе и выпечкой на подносе. Принимаются за еду.

Герман: Я и в Пратер больше не пойду.

Рези: Тебя никто туда и не гонит.