Читаем Зловещее проклятье полностью

— Прошу тишины, друзья! — позвал он. Тупой рев собравшейся толпы превратился в приглушенный гул. Сэр Лестер продолжил. — Я не великий оратор, — начал он. — Но я должен приветствовать всех вас здесь, в Карнак-Холле, по этому великолепному случаю. — Он продолжил рассказывать об экспедиции, замалчивая трудности и выражая благодарность членам своей команды. Он рассказал о том, как впервые обнаружил пещеру, тонкую расщелину в скале, которая должна была оправдать надежды всей его жизни. Он кратко рассказал о Джонасе Фаулере, директоре поздней экспедиции, а вовсе не о Джоне де Моргане. Вместо этого он поднял свой бокал и сказал звенящим голосом: «Она пролежала в тишине и достоинстве на протяжении тысячелетий, но сегодня вечером я представляю вам, со всеми ее сокровищами, принцессу Анхесет!»

Толпа ответила, бокалы высоко подняты. — Принцесса Анхесет! — Леди Тивертон пошла к своему мужу, чтобы принять поздравления гостей. Стокера нигде не было видно, он, несомненно, что-то выслеживал, и я позволила себе с восхищением рассмотреть находки. Мне особенно понравились сандалии из битого золота, тонкие, как лист бумаги. С ними был набор из двадцати полых золотых фигур, похожих на наперстки, но гораздо длиннее и явно предназначенных для того, чтобы закрывать кончики пальцев рук и ног.

— Они выглядят чертовски неудобно, не правда ли? — спросила молодая женщина, которая появилась рядом со мной. Мгновенно я узнала ее, именно с ней разговаривал инспектор Морнадей по прибытии. В отличие от других дам, которые пришли в своих лучших вечерних платьях, одетые в драгоценности, чтобы соперничать с принцессой, эта леди была скромно одета в довольно обычное темно-синее платье. Ее волосы были красноватыми и свернуты тяжелым, аккуратным узлом на затылке. Гувернантка или компаньонка, пришла с одним из самых выдающихся гостей?

— Я должна думать, что они крайне неудобны, — согласилась я.

— Ну, может быть, стоит немного пострадать, чтобы стать принцессой. — Она на мгновение заглянула в футляр, а затем бросила на меня любопытный взгляд. — Мне кажется странным, что сэр Лестер не упомянул проклятие мумии в связи со смертью Джонаса Фаулера, не так ли? Ни исчезновение Джона де Моргана.

Я пожала плечами. — Без сомнения, он хотел, чтобы внимание было сосредоточено на успехе экспедиции, а не на сенсационном суеверии.

— Я должна думать, что исчезновение штатного фотографа и бесценной диадемы было чем-то большим, чем суеверие. И потерять директора экспедиции таким драматическим образом, — она позволила своему голосу замолчать, склонив голову, чтобы внимательно рассмотреть корону на моей голове. — Половина женщин здесь одеты в египетские украшения, но я думаю, что ваша диадема, пожалуй, особенная, — сказала она, пристально глядя на меня, когда достала из кармана тонкую тетрадь и карандаш. — Не могли бы вы сделать заявление для прессы?

Мой разум вернулся к темному тротуару за пределами Бишоп-Фолли. — Вы! Вы были женщиной, которая следовала за нами, — прошипела я.

Она широко улыбнулась и вытянула руку. — Я не могу поверить, что мы встретились. Дж. Дж. Баттеруорт. Я спросила, не могли бы вы сделать заявление, мисс Спидвелл?

Я проигнорировала руку. — Я бы точно не стала. Сэр Лестер знает, что вы здесь?

Она наклонила голову. — Не совсем. Он послал приглашение в мою газету, и оно попало в мои руки.

— Вы имеете в виду, что украли его.

Она пожала плечами. — Женщина должна создавать свои возможности в этом мире, разве вы не согласны?

— Если бы я согласилсь, я нашла бы это в печати?

Она откровенно засмеялась. — Думаю, при других обстоятельствах, мисс Спидвелл, мы могли бы стать друзьями.

— Я бы скорее подружилась с барракудой, — сказала я ей спокойно. — И давайте будем совершенно ясны друг с другом. Я презираю вас и грязные маленькие сплетни, которые вы придумали. И если вы напишете одно лживое слово о Ревелстоуке Темплтон-Вейне…

Она подняла руку. — Я знаю. Вы будете судить меня за клевету.

— Моя дорогая мисс Баттеруорт, после того, как я закончу с вами, не останется ничего, с чем можно судиться.

К ее чести, она все еще улыбалась, когда уходила с высоко поднятой головой. Я постояла секунду, уставившись на нее и кипя гневом от лукавства Морнадея. Увидев их вместе на улице, я почти не сомневалась, что именно он передавал ей информацию, как птичка-матушка, которая сбрасывает вкусные кусочки в ожидающий клюв цыпленка. По крайней мере, я могла бы снять все подозрения с Фигги на этот счет, подумала я мрачно. Я заметила Стокера в толпе и пошла к нему по кругу, стремясь увести его, пока его не заметила мисс Баттеруорт.

Внезапно в зале раздался голос c отчетливым американским акцентом: «Да, боже мой, разве это не зрелище!» Все глаза обратились к дверному проему, где стоял Хорус Стил, положив руки на бедра, осматривая комнату. Его сын Генри неловко стоял позади него, такой же взъерошенный в вечернем костюме, как и в своей повседневной одежде.