Читаем Зловещее проклятье полностью

— Вас интересуют сливы, мистер Стил? — спросила я живо, взглянув на его книгу.

Выражение его лица было серьезным. — Это тема, которая должна нас всех интересовать, я думаю. Только путем применения надлежащих методов проектирования и санитарии мы можем надеяться остановить распространение некоторых из наиболее опасных болезней, которые в настоящее время поражают общество. Ваш собственный город Лондон обеспечивает наиболее поучительное исследование. Вы знаете, что в этот самый момент под нашими ногами текут целые подземные реки?

Я удивленно моргнула. Я думала, что джентльмен редко поднимает тему сточных вод так рано в разговоре. Его отец, казалось, совершенно не удивился. Он просто тяжело вздохнул.

— Генри, — сказал он твердо и авторитетно. — Никаких стоков. Не сейчас.

Молодой человек покраснел до корней волос.

— Возможно, мы сможем возобновить тему в другое время, — предложила я. Он равнодушно пожал плечами, и я подумала, что судьба детей Тивертона и Стила находиться в тени их харизматичных отцов.

Вступление завершено, Хорус Стил махнул нам на стулья и начал разговор с типичной американской прямолинейностью. — Чем могу быть вам полезен? — спросил он, выражение его лица было сердечным, но настороженным. Без сомнения, великий человек провел большую часть времени, отгоняя охотников за состоянием, мошенников и бездельников, которые всегда будут ошиваться около тех, у кого есть деньги, в надежде подобрать любые крошки, какие только смогут.

Я одарила его обезоруживающей улыбкой. — Это больше вопрос о том, что мы можем сделать для вас, — сказала я.

Генри Стил прищурился. — В настоящее время нам не нужны никакие профессиональные услуги, — сказал он коротко.

Его отец оборвал его резким жестом. — Нет нужды в грубости, мальчик. Надо соблюдать форму, — сказал он с излишней твердостью.

Генри Стил снова покраснел, на этот раз отступив к своей книге, чтобы скрыть румянец.

Хорус Стил издал извиняющиеся звуки. — Вы должны извинить щенка. Генри полон решимости увидеть злодеев за каждым новым лицом. Теперь, что вы можете сделать для меня?

— Мы пришли в связи с исчезновением Джона де Моргана, — сказала я ему. Уголком глаза я могла видеть книжную квитанцию Генри Стила. Он поймал ее до того, как она упала, костяшки его пальцев сжались до белизны. Он сделал вид, что читает книгу, но во время последовавшего разговора он не перевернул ни одной страницы.

— Грустное дело, — говорил Хорус Стил. — Но ничего общего с нами. Мы даже никогда не встречали этого парня.

— В этом году у вас была другая концессия, — рискнула я. — И я понимаю, что это был первый год, когда де Морган был на раскопках с Тивертонами.

— Правильно. — Хорус Стил кивнул, его необычный ореол белых волос светился, как нимб вокруг его головы.

— Где вы проводили раскопки? — спросил Стокер.

— Амарна, — последовал быстрый ответ. — Я думал, что отправлюсь на поиски Эхнатона. Вы знакомы с ним?

— Первоначально назывался Аменхотеп IV. Восемнадцатая Династия, преемник Аменхотепа III, — быстро ответила я. Стокер посмотрел на меня с искренним удивлением. Тот факт, что в коллекции лорда Роузморрана должны были разместиться некоторые из лучших египтологических произведений, он должен был установить сам. Я читала до поздней ночи, стараясь как можно глубже понять тему.

Хорус Стил одобрительно посмотрел на меня, и я продолжила. — Эхнатон основал город Амарну, перенеся столицу из Фив и вырвав власть у священников Амона, основав поклонение единому богу Атону. Атон был связан с солнцем, не так ли? — спросила я.

— Солнечный диск, — сказал Хорус Стил, его голос приобрел мечтательный характер. — Аменхотеп IV верил, что солнечный диск, Атон, был источником жизни. Он изменил свое имя на Эхнатон, потому что это означает «живой дух Атона», проводник всей жизни в Египте. Он произвел революцию, свергнув все, что было известно о культуре и религии на протяжении тысячелетий. Он построил новую столицу и покровительствовал искусству, изображающему его и его семью, как получающих благосклонность Атона. Ничего подобного никогда не существовало ни до, ни после. Представьте себе, — сказал он, сидя очень прямо, его глаза горели страстным жаром, — один-единственный человек, собственноручно искоренивший все, что его общество знало, и изменил мир в подобии самого себя.

Его сын фыркнул, но когда я посмотрела, его взгляд был устремлен на страницу перед ним.

Но Хорус Стил тоже это слышал. — Мой сын не одобряет Эхнатона. Он рассматривает его как еретика и мятежника, но я считаю, что он был передовым мыслителем, человеком, опередившим свое время.

— Он изменил искусство и перенес столицу, но он не сделал ничего, чтобы существенно изменить жизнь своих подданных, — возразил Стокер.

Из-за книги донеслось рычание одобрения.

Хорус Стил тонко улыбнулся. — У него не было шанса. Сначала ему нужно было поменять двор и храмы. Все остальное пришло бы в свое время.