Читаем Зима в раю полностью

Чтобы добраться до трактора, Жауме сначала пришлось вывести из сарая машину. Этим он неслыханно возмутил пару уток, которые принимали перед ней солнечные ванны, и перепугал курицу, которая с бешеным квохтаньем слетела вниз с мягкой крыши автомобиля, где решила было спокойно вздремнуть.

– Такая модель трактора лучше всего подходит для вашей фермы, и для здешней почвы, и для того, чтобы забраться под ветки деревьев. Это лучший трактор из всех, Педро, самый лучший, – повторял Жауме, снимая брезент и стряхивая с него куриный помет. Он с обожанием воззрился на свой трактор. – Buena máquina, no?[204]

Я лишился дара речи. Я знал, что тракторы, используемые здесь, были небольшими по сравнению с огромными механизмами, к которым мы привыкли у себя на родине, но… этот трактор Жауме… черт побери, да это вообще не трактор. А какая-то моторизованная коляска!

К счастью, хозяин интерпретировал мое удивленное недоверие как восхищение.

– Ага… ага! Я знал, что вы поймете, Педро. Это истинный красавец, нет? Это «Барбьери»… из Italia!

Он просиял горделивой улыбкой и отошел в сторонку, чтобы дать мне возможность без помех насладиться его любимой техникой.

Прежде всего, мне не понравилось то, что у этого «трактора» было только два колеса. Да, это были два крепких небольших колеса, с хорошими бугристыми покрышками, как и подобало трактору, но – всего два, по одному с каждой стороны от маленького двигателя. Во-вторых, у него не было сиденья. И в-третьих, не было руля, только пара длинных рукояток с переключателями и другими штуковинами, совсем как у допотопного мотоцикла.

– Н-да… действительно красавчик, – дипломатично солгал я. – Ваш трактор… он красный и… и белый… да, красный и белый… красивые цвета.

– Нет-нет-нет! – Жауме замахал указательным пальцем перед самым моим лицом. – Цвет не имеет никакого значения. No importa![205] А что имеет значение? Мощность, а этот трактор мощный – в нем doce caballos! – Он сжал кулак, чтобы подчеркнуть сказанное.

– Doce caballos – это двенадцать лошадиных сил, да? Так, так. – Я подумал, что нет необходимости сообщать соседу, что я более привычен к тракторам, которые в десять раз мощнее, у которых при этом четыре колеса, а также сиденье и кабина с кондиционером. Нет, у Жауме, безусловно, был подходящий трактор для фермы вроде нашей, так что лучше мне принять факты как они есть и выслушать все советы, которые мне дадут.

– И вот еще что, Педро. У этого трактора дизельный двигатель. – На этот раз он сжал оба кулака для усиления эффекта. – Дизель… Вам обязательно нужен дизельный трактор. Бензиновые двухтактники? Никакого толка. Basura![206]

– У бензиновых двухтактников недостаточно мощности, верно?

– Correcto. Hombre, земля на дне этой долины такая тяжелая. Она глинистая и липкая, когда намокнет, и как бетон, когда сухая. Вам нужна мощность дизельного двигателя, если вы хотите культивировать такую землю.

– Ладно, Жауме, это я понимаю. Но скажите мне… э-э… гм… относительно колес. Я видел тракторы, у которых было четыре колеса, поэтому мне стало интересно…

– Нет, Педро, нет. – Жауме размахивал у самого моего носа всеми пятью пальцами. – Послушайте, если у вашего трактора четыре колеса, то вам ведь понадобится и сиденье, верно?

– Да, понадобится, и я как раз полагал, что было бы удобнее…

На мое плечо тяжело легла большая ладонь соседа.

– Вы сами подумайте немного. Подумайте обо всех этих ветках, которые почти касаются земли. И они тянутся метра на два от ствола, нет?

– Sí.

– Bueno. На тракторе с сиденьем вам никак не поднырнуть под низкие ветки, поэтому вы либо едете напролом и ломаете ветки (а заодно и царапаете свое лицо), либо объезжаете это дерево, оставляя под этими низкими ветками сорняки, а потом возвращаетесь и вырываете их руками. Но так у вас будет слишком много работы, Педро. Demasiado trabajo, no?

– Sí.

– Bueno. А когда вы идете за двухколесным трактором, как этот, то запросто увернетесь от любых препятствий. Даже я со своими больными ногами могу делать это. Hombre, двухколесный трактор почти так же хорош, как осел. Incorrecto – даже лучше осла, потому что он более мощный и не наложит кучу вам на ботинки.

Сосед убедил меня. Мне нужен именно двухколесный трактор, doce caballos – mínimo[207].

Жауме любовно закутал свой трактор в брезент.

– Ahora[208], Педро, мы должны спасти вашу esposa[209] от мамы. Nos vamos.

Мы слышали, что голос старухи доносился от пристройки с односкатной крышей по другую сторону от casita.

– Вот видите, señora, нельзя верить тем людям, которые утверждают, будто встрепанные перья вокруг куриного отверстия – признак того, что курица часто несет яйца. Да ничего подобного. Давайте-ка выйдем на солнце, где светлее, и я покажу вам.

Перейти на страницу:

Все книги серии Время путешествий

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
Бирон
Бирон

Эрнст Иоганн Бирон — знаковая фигура российской истории XVIII столетия. Имя удачливого придворного неразрывно связано с царствованием императрицы Анны Иоанновны, нередко называемым «бироновщиной» — настолько необъятной казалась потомкам власть фаворита царицы. Но так ли было на самом деле? Много или мало было в России «немцев» при Анне Иоанновне? Какое место занимал среди них Бирон и в чем состояла роль фаворита в системе управления самодержавной монархии?Ответам на эти вопросы посвящена эта книга. Известный историк Игорь Курукин на основании сохранившихся документов попытался восстановить реальную биографию бедного курляндского дворянина, сумевшего сделаться важной политической фигурой, пережить опалу и ссылку и дважды стать владетельным герцогом.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / Документальное
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное