Читаем Зима в раю полностью

Содержимое сосуда выглядело восхитительно: куски белой рыбы плавали в аппетитном бульоне из помидоров, вина, оливкового масла, чеснока и трав. Это и был его знаменитый sopa de pescado, и с первой же обжигающей ложки мы поняли, что это не обычный рыбный суп и что нам нет нужды беспокоиться о свежести ингредиентов блюда. Это был настоящий шедевр, и мы так и сказали шеф-повару.

Самодовольная улыбка заиграла на губах Пере.

– Ah sí… – Его amigos рыбаки тоже всегда поступали с ним по совести.

Наш хозяин проследил за тем, как мы опустошили тарелки, а затем снова наполнил их до краев своим прославленным творением. Прикончив вторую порцию, мы наелись так, что не знали, как справимся с основным блюдом. Но куски мерлузы и морского черта еще плавали в остатках бульона на дне greixonera, и никакие мольбы вперемешку с протестами не убедили повара, что я просто не в силах съесть больше ни ложки. Элли освободили от этой повинности. Она женщина, заметил Пере, и не нуждается в таком количестве пищи, как мужчина. Но я должен доесть sopa. Мне это пойдет только на пользу.

В этот момент дверь открылась, и в ресторанчик ворвались сначала вихрь холодного воздуха, а затем – толпа шумных парней с подружками. Потирая озябшие руки и громко подшучивая над Пере Пау, они принялись рассаживаться за немногочисленные столики. Это напоминало игру в музыкальные стулья. Как и положено, был тут и проигравший, даже два, парень с девушкой, и они жестами спросили, не будем ли мы возражать, если они займут свободные места за нашим столом. Мы так же жестами ответили, что не будем. А что нам было делать?

Пере вытерпел все положенные хлопки по спине и лавину шуток, пока разносил хлеб, оливки, пиво и колу по переполненному заведению. Шеф-повар находился в своей стихии – только искры летели с неизменной сигареты после каждого выпада в адрес его громогласных гостей. У нас сложилось впечатление, будто эта сцена разыгрывалась уже много-много раз.

– Отлично, может, теперь, когда у него полно клиентов, он забудет о том, что мы еще не ели основное блюдо, – сказал я Элли. – Этот его рыбный суп, несомненно, великолепен, но после без малого трех тарелок я чувствую себя фаршированной индейкой.

– Даже и не надейся, приятель, – вдруг встрял парень, сидящий напротив. – Пере никогда ни о чем не забывает. И если вы похвалили его стряпню, уж он втолкнет в вас еще целую кастрюлю, точняк. Такая у него игра с новенькими. Без обид, о’кей? Ничего, потерпите, не лопнете же!

– А-а, понятно. Ну что ж, я… я с нетерпением буду ждать продолжения, – ответил я, несколько сбитый с толку бойким английским нашего соседа по столу и отчаянно стараясь не выдавать своего страха перед необходимостью есть, пока не лопну.

Вероятно, наш новый компаньон был очень рад возможности попрактиковаться в английском, а заодно и произвести впечатление на юную девушку, которая сидела рядом и с обожанием взирала на него огромными карими глазами. Одной рукой красотка подпирала подбородок, а второй с неутомимостью робота бросала в рот оливки. Купаясь в восхищении девушки, ее ухажер удвоил свои излияния на английском языке.

Молодой человек сообщил нам, что мы находились в обществе членов футбольной команды Андрача. Они отмечали здесь сегодняшнюю победу над соперниками, командой Кальвии. Сам он играл в команде в качестве el striker[62] и забил в матче решающий гол. Услышав знакомое слово «гол», его chica[63] радостно зачирикала и удостоила своего героя смачного поцелуя в щеку. Кавалер оттолкнул ее с тем утомленным смирением, которое так часто встречается среди спортивных звезд.

– А я неплохо шпарю по-английски, а? – Марадона местного разлива, судя по всему, констатировал очевидный факт, а не задавал вопрос, но мы все равно согласно покивали.

– Небось думаете, что это я в школе выучил инглиш, да? Ничего подобного! Я сам научился всему у британских отпускников в кафе на пляже в Магалуфе, где подрабатывал. Там быстро учишься, у этих парней… не то что в дурацкой школе у тупого учителя. Без обид, приятель. – Он отпил прямо из бутылки огромный глоток пива и громко рыгнул в лицо своей безумно влюбленной поклоннице. Да уж, учителя у него и правда были хоть куда!

Раздались оглушительные возгласы, которыми футболисты приветствовали появление первого котла с sopa de pescado. Пере Пау прокричал извинение в нашу сторону. Основное блюдо скоро будет готово, заверил он нас, но сначала ему нужно было заняться супом для этой оравы. Как мы, вероятно, и сами знаем, единственный способ заставить свиней замолчать – это накормить их. Молодежь проглотила наживку: в ответ раздалась какофония протестов, и Пере вернулся на кухню, явно довольный тем, что его мини-спектакль нашел отклик у публики.

– Пау поливает нас грязью как хочет, – заметил Марадона, махнув бутылкой пива «Сан-Мигель» в направлении кухни, – но на самом деле он нас любит. Все эти шуточки про свиней – просто треп, каждый раз одно и то же.

– Так вы… вы часто здесь едите? – неуверенно спросила Элли.