Читаем Зигмунд Фрейд полностью

Наступил 1923 год. Фрейд был страшным курильщиком, у него по-прежнему уходило до 20 сигар в день, хотя сигарным дымом не принято глубоко затягиваться. Его домашний врач, доктор Макс Шур, настаивал, чтобы Фрейд бросил. «После того как ты мне запретил, я не курил 7 недель. Сначала, как я и ожидал, мне было очень плохо: сердечные приступы, дурное настроение. Через 3 недели это прошло, но я стал совершенно неработоспособен, я был поверженным, сломленным человеком. А через 7 недель я вновь, невзирая на мои обещания тебе, закурил. Первые сигары вернули меня к жизни», — написал Шуру Фрейд.

Когда врачи обнаружили у него в гортани небольшую опухоль, была надежда, что дело обойдется несложной операцией. Чтобы не пугать родных, Зигмунд сказал, что пошел гулять и вернется через несколько часов. Глубокой ночью Марте Фрейд позвонили из клиники и сказали, что Зигмунд у них.

Операция прошла плохо, и через несколько часов он чуть было не отдал Богу душу: началось кровотечение, Фрейд пытался вызвать доктора, но звонок оказался сломан. Ни кричать, ни шевелиться страдалец не мог. Жизнь ему спас… душевнобольной карлик, который чудом заглянул в палату. Тот бросился в коридор и хватал медиков за полы халатов до тех пор, пока одна сестра милосердия все же не согласилась пойти посмотреть, в чем там дело. Кровотечение удалось остановить. Когда родные потребовали от оперировавшего врача ответа, почему Зигмунда оставили после операции без присмотра, тот объяснил, что счел пациента безнадежным. Ведь опухоль оказалась раковой…

Но Фрейд прожил еще 16 лет. Перенес тридцать две подобные операции. Носил челюстной протез и время от времени вынужден был принимать пищу через вставленную в нос трубочку. При этом курить он не прекращал: «Зависимость от никотина — проявление моего невроза! Даже я не умею это лечить, так о чем же тут говорить!» — отвечал Фрейд на упреки врачей. Практику Фрейд тоже не бросил, и принимал до 6 пациентов в день, преодолевая временами страшную боль. Однажды Зигмунд попросил доктора Шура: «Обещайте мне, если понадобится, прекратить мои мучения». Тот обещал, несмотря на риск оказаться под судом.

* * *

Книги Фрейда написаны сухо, научно, слишком по-немецки. Но на лекциях он оживлялся. Доктор Фрейд в своих лекциях и сочинениях время от времени использовал анекдоты, для того чтобы проиллюстрировать высказанную мысль или оживить текст. Особенно он любил рассказывать трогательную историю о том, как маленький мальчик, вернувшись домой из естественно-исторического музея, сказал своей маме: «Мама, я тебя очень люблю. Когда ты умрешь, я из тебя сделаю чучело и поставлю здесь, в комнате, чтобы всегда тебя видеть».

Впрочем, теперь больше в ходу анекдоты о самом Фрейде, вернее — о его открытиях в психологии. Один из вариантов классического анекдота звучит примерно так:

Дочка Фрейда утром просыпается и говорит:

— Папа, мне сегодня снилось, что ты гоняешься за мной с огромным бананом в руках.

— Доченька, знаешь, иногда сны снятся просто так…

Если бы евреи не дали миру теорию относительности Эйнштейна, психоанализ Фрейда или политэкономию Маркса, а придумали бы только еврейские анекдоты и фаршированную рыбу, они все равно были бы вписаны особой строкой в историю цивилизации — заметил кто-то, и этот «кто-то» был прав. Совокупно пациенты, лекции и книги принесли Фрейду долгожданный стабильный достаток.

Однако полученные такой ценой деньги и слава омрачаются тяжелой болезнью: в апреле 1923 года его оперируют по поводу рака ротовой полости. Ужасный протез и мучительные боли делают жизнь отца психоаналитиков невыносимой. Он с трудом ест и говорит. К болезни Фрейд относится стоически, много шутит, пишет статьи о Танатосе — боге смерти, выстраивает теорию о влечении человека к смерти. На этом фоне бешеная слава лишь досаждает ему. К примеру, знаменитый голливудский магнат Самюэль Голдвин предлагал Зигмунду Фрейду 100 тысяч долларов только за то, чтобы поставить его имя в титрах фильма о знаменитых любовных историях человечества. Фрейд пишет ему гневное письмо с отказом. Та же участь постигла и немецкую компанию UFA, пожелавшую поставить фильм собственно о психоанализе. В 1928 году на европейские экраны выходит кино «Тайны души», в рекламе которого широко используется имя Фрейда. Фрейд устраивает скандал и требует компенсации.

Перейти на страницу:

Все книги серии След в истории

Мария-Антуанетта
Мария-Антуанетта

Жизнь французских королей, в частности Людовика XVI и его супруги Марии-Антуанетты, достаточно полно и интересно изложена в увлекательнейших романах А. Дюма «Ожерелье королевы», «Графиня де Шарни» и «Шевалье де Мезон-Руж».Но это художественные произведения, и история предстает в них тем самым знаменитым «гвоздем», на который господин А. Дюма-отец вешал свою шляпу.Предлагаемый читателю документальный очерк принадлежит перу Эвелин Левер, французскому специалисту по истории конца XVIII века, и в частности — Революции.Для достоверного изображения реалий французского двора того времени, характеров тех или иных персонажей автор исследовала огромное количество документов — протоколов заседаний Конвента, публикаций из газет, хроник, переписку дипломатическую и личную.Живой образ женщины, вызвавшей неоднозначные суждения у французского народа, аристократов, даже собственного окружения, предстает перед нами под пером Эвелин Левер.

Эвелин Левер

Биографии и Мемуары / Документальное
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого

Прошло более полувека после окончания второй мировой войны, а интерес к ее событиям и действующим лицам не угасает. Прошлое продолжает волновать, и это верный признак того, что усвоены далеко не все уроки, преподанные историей.Представленное здесь описание жизни Йозефа Геббельса, второго по значению (после Гитлера) деятеля нацистского государства, проливает новый свет на известные исторические события и помогает лучше понять смысл поступков современных политиков и методы работы современных средств массовой информации. Многие журналисты и политики, не считающие возможным использование духовного наследия Геббельса, тем не менее высоко ценят его ораторское мастерство и умение манипулировать настроением «толпы», охотно используют его «открытия» и приемы в обращении с массами, описанные в этой книге.

Р. Манвелл , Генрих Френкель , Е. Брамштедте

Биографии и Мемуары / История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 великих казаков
100 великих казаков

Книга военного историка и писателя А. В. Шишова повествует о жизни и деяниях ста великих казаков, наиболее выдающихся представителей казачества за всю историю нашего Отечества — от легендарного Ильи Муромца до писателя Михаила Шолохова. Казачество — уникальное военно-служилое сословие, внёсшее огромный вклад в становление Московской Руси и Российской империи. Это сообщество вольных людей, создававшееся столетиями, выдвинуло из своей среды прославленных землепроходцев и военачальников, бунтарей и иерархов православной церкви, исследователей и писателей. Впечатляет даже перечень казачьих войск и формирований: донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
100 знаменитых отечественных художников
100 знаменитых отечественных художников

«Люди, о которых идет речь в этой книге, видели мир не так, как другие. И говорили о нем без слов – цветом, образом, колоритом, выражая с помощью этих средств изобразительного искусства свои мысли, чувства, ощущения и переживания.Искусство знаменитых мастеров чрезвычайно напряженно, сложно, нередко противоречиво, а порой и драматично, как и само время, в которое они творили. Ведь различные события в истории человечества – глобальные общественные катаклизмы, революции, перевороты, мировые войны – изменяли представления о мире и человеке в нем, вызывали переоценку нравственных позиций и эстетических ценностей. Все это не могло не отразиться на путях развития изобразительного искусства ибо, как тонко подметил поэт М. Волошин, "художники – глаза человечества".В творчестве мастеров прошедших эпох – от Средневековья и Возрождения до наших дней – чередовалось, сменяя друг друга, немало художественных направлений. И авторы книги, отбирая перечень знаменитых художников, стремились показать представителей различных направлений и течений в искусстве. Каждое из них имеет право на жизнь, являясь выражением творческого поиска, экспериментов в области формы, сюжета, цветового, композиционного и пространственного решения произведений искусства…»

Мария Щербак , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары