Любой организм питается. Не питаясь, он не может жить: все жизненные отправления связаны с тратой веществ тела организма. Лишенный питания, организм тратит «самого себя», истощается и погибает.

Пищевые связи между организмами сложны и многообразны. И все они начинаются со связей между животными и растениями. Как бы и чем бы животное ни питалось, в конечном счете его кормилец — растение.

Мало растений в водоеме — и животная жизнь в нем не будет богатой и разнообразной. Здесь, в воде, важны не только густые подводные заросли, но и мельчайшие водоросли, особенно те, что мириадами плавают в водной толще.

С водорослей планктона и начинается питательный ряд в водоеме. Эти водоросли — пища инфузорий и других простейших, а теми и другими питаются крохотные рачки, коловратки, личинки комаров и многие иные обитатели воды. Планктон — пища рыбьих мальков. Нет его — нет и пищи для рыбьей молоди, только что выклюнувшейся из икры.

Умирая, планктонные организмы оседают на дно. Здесь остатки их служат пищей всяким илоедам. В чистом песке или глине дна не найдешь красных мотылей, не найдешь и многих других личинок.

Растительный планктон богат не в любом водоеме. У водорослей планктона есть свои требования, им необходимо наличие известных условий жизни: вода должна содержать азотистые и фосфористые соли, зеленым водорослям нужен солнечный свет. Богата вода необходимыми для питания водорослей солями, достаточно солнечного света — и планктонных водорослей будет много. А много их — больше и тех крохотных животных, которые ими питаются, больше животного планктона. Больше его — богаче и разнообразнее прочий животный мир водоема.

Не всякий пруд или озеро богаты питательными солями, необходимыми для растений. Откуда-то эти соли должны попасть в пруд. Основной источник — вода, стекающая в пруд. Богата такими солями почва вокруг пруда — богат ими и пруд. Бедна ими окружающая пруд земля — бедна ими и вода пруда. А в таком пруду мало растительного планктона, бедны подводные и прибрежные заросли. Беден растительный мир — беден и мир животный.

В подводном лесу

Без подводных растений пруд — не пруд. Разве уж очень густо затянет воду ряска. Под ее плотным покровом темно, и там подводники пышно не разрастутся.

У самого берега начинаются заросли элодеи — «водяной чумы», как ее еще называют. И называют за дело.

Элодея — чужеземка: ее родина — Канада. В 1842 году ее впервые заметили в Шотландии; как она туда попала, конечно никто не знает. Прошел десяток лет, и элодея распространилась по всей Англии, перебралась отсюда на материк. Теперь водяную чуму увидишь у нас и на Украине, и под Москвой, и даже в Западной Сибири. Разрастаясь с изумительной быстротой, элодея заполняет водоемы, глушит другие растения, мешает рыболовству. Подлинная «чума».

Очень неприхотливая, элодея живет и в мелких и в глубоких водах, заселяет и чистые и загрязненные водоемы. Ее длинные стебли усажены мелкими продолговатыми листочками, собранными мутовками, по три листочка в каждой. Обломки стеблей элодеи хорошо укореняются. Боковые ветви ее легко становятся самостоятельными растениями. В мутовках листьев образуются особые зимние почки. Они легко пристают ко всевозможным предметам. Их уносят из водоема на ногах и перьях утки, цапли. Обломок стебля, боковая веточка, зимняя почка — все служит началом нового растения. Неудивительно, что элодея и расселяется и разрастается так быстро.

Семян у наших элодей не увидишь. Иногда элодея цветет, но она двудомное растение, а в Европу попали только особи с пестичными цветками. Все элодеи, заселившие стоячие и медленно текущие воды Европы, произошли путем вегетативного размножения.

Заросли элодеи густы. Среди них можно ползать, но быстрому пловцу — водяному клопу-гладышу — пути здесь нет: тесно.

Немногим просторнее в зарослях роголистника. Его листья разделены на несколько узеньких долек — рогулек. В густой заросли образуется чаща из рогулек, и рогульки эти мало податливы. Корней у роголистника нет, воду с растворенными в ней минеральными солями всасывают клетки кожицы. Роголистник словно притягивает к себе всю «муть» воды. Там, где он растет, вода прозрачна, но сам роголистник покрыт грязным налетом.

Роголистник так далеко зашел в приспособлении к водной жизни, что и цветет под водой. Его цветки мелки и невзрачны: приманивать к себе некого. Пестичные и тычиночные цветки сидят на одном и том же растении. Пыльцу переносит вода. В пыльниках есть полости с воздухом. Созревший пыльник отделяется от тычиночной нити и всплывает. В это же время он раскрывается, и пыльца попадает в воду. Ее удельный вес такой же, как и у воды. Пыльца не тонет, не поднимается вверх — она остается на той глубине, на которой выпала из пыльника. Водяные струйки переносят ее с места на место, да ей и недалеко плыть. Рыльца пестиков клейки, пыльца прилипает к ним.