Имя иеромонаха Климента (Зедергольма)1, перу которого принадлежит представленное вам Житие преподобного Антония (Путилова), на слуху у читателя, знакомого с оптинским духовным наследием. Отец Климент был очень образованным иноком и искренним подвижником, он послужил обители своими трудами по переводу древних творений святых отцов, много собрал материалов об оптинских подвижниках.

Со страниц жизнеописаний во всей своей неподражаемой красоте и открывается перед нами дух нелицемерного благочестия оптинских преподобных. И великая милость Божия заключается в том, что составляли их те, кто и сами были напитаны этим духом, не приукрашивали повествование о старцах и не вносили откровенной лжи. Вот как оценивал агиографические труды иеромонаха Климента (Зедергольма) его современник Константин Леонтьев, сам принявший незадолго до смерти монашеское пострижение: «Отец Климент сумел придать своему рассказу ту жизненность, которой, к сожалению, очень часто лишены подобного рода книги. Подвиги и подвиги, смирение, вера, прозорливость и так далее — вот что мы обыкновенно находим в сочинениях преданных учеников и последователей, когда они решаются говорить о святой жизни духовных наставников, чтимых ими по личной ли близости или по свежему преданию. Редко можно найти в таких жизнеописаниях хотя бы намек на натуру человека, на те душевные и вообще личные особенности его, которыми он и как человек, и как христианский делатель резко отличался от других лиц, сходных с ним по направлению мыслей и жизни. А между тем в действительности, как ни стараются подобного рода люди убить в себе всё земное, все страсти, все привычки, все личные оттенки характера, эти личные оттенки остаются при них до конца жизни, и то, что называется собственно святостью, возможно при всех характерах и при всех натурах: при мягком и жестоком сердце, при веселом и при печальном нраве, при гениальном уме и при простоте, доходящей до ограниченности, при смелом и при робком характере».

Монахиня Евфимия (Аксаментова)

Жизнеописание игумена Антония (Путилова), написанное иеромонахом Климентом (Зедергольмом), лично знавшим старца, впервые было издано в 1870 году в Оптиной пустыни.2 Книга была дополнена документами: Келейной запиской игумена Антония, выдержками из Келейного календаря и дневника старца, письмами к брату Тимофею (архимандриту Моисею).

В 1973 году книга переиздавалась Русской Православной Церковью Заграницей.3 В предисловии к этому изданию сказано, что Жизнеописание игумена Антония, как и все жития первых оптинских старцев, является непревзойденной ценностью как агиографический первоисточник, а ныне также и как библиографическая редкость.

Сейчас в свет выходит новая книга, в основу которой положено издание 1870 года, исправленное и дополненное по рукописным материалам, хранящимся в Российской государственной библиотеке4. В новое издание включены также письма архимандрита Александра Арзамасского к Тимофею и Ионе Путиловым5 и «Заметка о прибытии старцев в Оптину пустынь из Рославльских лесов и об устройстве скита святого Иоанна Предтечи»6. При подготовке издания редакторы стремились сохранить оригинальный языковой стиль Жизнеописания и материалов, написанных самим преподобным игуменом Антонием.

<p><strong>Предисловие к изданию 1870 года</strong></p>

«Как ныне святые умножились во всем мире, будет ли так же и при кончине века сего?» — спросил некто святого Нифонта Цареградского. Блаженный старец отвечал: «Сын мой, до самого скончания века сего не оскудеют пророки у Господа Бога, равно как и служители сатаны. Впрочем, — прибавил он, — в последнее время те, которые поистине будут работать Богу, благополучно скроют себя от людей».