Читаем Житие оптинского старца Макария полностью

Кто имеет возможность и произволение жить по этому наставлению преподобного Симеона Богослова, тот, без сомнения со смирением и надеждой на помощь Божию, может коснуться обучения деланию сердечной молитвы, употребляя при этом и другие советы святых отцов, то есть растворяя молитву памятью смерти, памятью прежнего жития и воспоминанием согрешений своих по виду (кроме плотских, сих бо памятование вредно. — Прп. М.), да всеми способами стяжет и удержит сокрушение духа, и смирение, и плач, «ибо мы имеем брань с гордыми (неблагодарными Богу. — Свт. Ф.) демонами», говорит преподобный Филофей Синайский318. Делатель этот также должен иметь в виду и цель молитвы истинную, а не ту, какую представляет упоминаемый писатель, то есть искание дарований и утешений духовных. Истинно праведные подвижники не искали дарований, но, напротив, некоторые из них молились Богу о том, чтобы отняты были от них и данные уже дарования. «Если же некоторые из них, — говорит святой Исаак Сирин, — и принимали дарования, то принимали по нужде (для пользы других. — А.) или по причине простоты своей»319.

Преподобные Каллист и Игнатий пишут: «Не ищи прежде времени того, что будет в свое время»320. И в другом месте эти святые, приводя свидетельство из книги святого Исаака о Божественном в нас явлении и существенном благодатном просвещении, предостерегают неопытных такими словами: «Это Иерусалим и Царство Божие, внутри нас сокровенное, по слову Господню (ср.: Лк. 17, 21. — А.), эта область облако есть Божией славы, в которую только чистые сердцем внидут узреть лице своего Владыки… Только сам он да не ищет явления Бога в себе, чтоб не принять того, кто воистину тьма есть и лживо представляется светом»321.

Какая же истинная цель молитвы? Святой Кассиан Римлянин в послании к Леонтину игумену, говоря о беседе своей с аввой Моисеем, пишет, что преподобный сей целью духовной жизни поставляет чистоту сердца, то есть очищение его от страстей.

Как достигается эта цель?

При помощи хранения заповедей Божьих, и через это когда кто совлечется ветхого человека, то есть от страстей, то сподобляется чистой и духовной молитвы, по сказанному у святого Исаака Сирина: «Сподобляется же ее человек (то есть духовной молитвы. — Прп. М.), когда хранением заповедей Господних, противящихся греху, и внутренне, и наружно совлечется греха. Кто возлюбит эти заповеди и воспользуется ими по чину, для того необходимым сделается освободиться от многих человеческих дел, то есть совлечься тела и быть вне его, так сказать, не по естеству, но по потребности. Кто ведет жизнь по образу Законоположника (то есть по примеру Его. — Прп. М.) и руководствуется заповедями Его, в том невозможно остаться греху. Потому Господь обетовал в Евангелии сохранившему заповеди сотворить у него обитель»322.

У Макария Египетского в книге «Семь слов» читаем: «Если кто, не имея охоты к молитве, принуждает себя только к молитве, чтобы получить благодатную молитву, а к смиренномудрию, к любви и к соблюдению прочих Господних заповедей не принуждает себя, то иногда, по прошению его, дается ему благодатная молитва, даже отчасти в упокоении и веселии; но нравами уподобляется он тому же, чему и прежде был подобен. Ибо не имеет он кротости, потому что не взыскал ее с трудом и не приуготовлял себя быть кротким; не имеет смиренномудрия, потому что не просил и не принуждал себя к этому; не имеет любви ко всем, потому что не имел об этом попечения и не искал этого усиленно в молитвенном прошении. Ибо всякому, кто приневоливает и нудит себя, даже против желания сердца, надобно также принуждать себя и к любви, и к кротости, и ко всякому терпению, и великодушию, по написанному, с радостию; и таким же образом надобно принуждать себя к уничижению, к тому, чтобы почитать себя худшим и низшим всех» (Слово 1, отд. 13)323.

В той же книге и в том же Слове еще сказано, что таковой всегда близок к падению: «Если же кто принуждает себя к молитве, пока не примет дарования от Бога, а к этому, то есть к смиренномудрию, к любви, кротости и прочим добродетелям, не приневоливает и не нудит себя в той же мере, то бывает к нему Божия благодать по его молитве и прошению, ибо благ и милостив Бог и просящим у Него дает просимое. Но не приуготовив и не приучив себя к исчисленным выше добродетелям, или утрачивает он благодать, или приемлет и падает, или не преуспевает от высокоумия, потому что не предает себя от всего произволения заповедям Господним. Обитель, или упокоение Духа, есть смиренномудрие, любовь, кротость и прочие заповеди Господни» (Слово 1, отд. 14)324.

И еще говорит сей святой: «Если смиренномудрие и любовь, простота и благость не будут в нас тесно соединены с молитвой, то сама молитва, лучше же сказать — личина молитвы, весьма мало может принести нам пользы» (Слово 3, отд. 5)325.