Читаем Житье-бытье мальчишечье полностью

Еще бы Юрка не хотел! О Боргалии ему рассказывали мама, папа и брат, которые ее и «открыли» во время совместной прогулки на лыжах. Свое название она получила от имен Юркиных родителей: Бориса и Галины.

Когда мама с Юркой миновали длинный овраг, мама остановилась:

— Вот это и есть «лесная страна Боргалия». Правда, красиво?

Если честно, то Юрка ждал другого. А тут обыкновенный лес, такой же, как и до оврага. Такие же ели, сосны, березы...

Скоро они дошли до огромной поляны.

— Знакомься, сынок,— сказала мама,— это столица Боргалии — Юрленград.

Поляна Юрке вообще-то не очень понравилась. Зато название... Красиво звучит: Юрленград. Совсем как настоящий город. А еще приятнее, что столица «лесной страны» образована от имен его, Юрки, и старшего брата. Да и поляна вообще-то ничего. Вон как сверкает тысячами искорок. А вокруг елки зеленеют, обвешанные шишками, как игрушками. И потом — такая большая, а уютная...

— А где, мама, Лепота? — вдруг спросил Юрка.

Лепотой прозывалась большая гора, которой кончалась Боргалия и где любили кататься родители. Юрка там не был. Но ему очень хотелось, тем более что имя горе дал он. Получилось это так. В день «открытия» Боргалии папа и мама рассказывали Юрке и о том, что большую гору назвали Красотой. Мальчик сразу вспомнил кинофильм «Иван Васильевич меняет профессию». Ему понравилось непонятное слово «лепота». После кино Юрка узнал у папы, что это слово означает красоту.

Юрка вспомнил об этом и предложил назвать гору Лепотой.

И вот во время лыжной прогулки с мамой ему захотелось увидеть ту гору.

— До нее далеко,— улыбнулась мама,— нам с тобой не осилить.

— Осилим! — заупрямился Юрка. Но мама была непреклонной:

— Как-нибудь потом... С папой, когда ;вернется.

Юрка огорчился.

— Не расстраивайся, сынок,— успокаивала мама,— ты обязательно увидишь Лепоту.

— А как до нее добраться? — спросил Юрка, поняв,, что сегодня ему горы не видать.

— Вот по этой лыжне. Она тянется до самой Лепоты. Там как раз кончается наш лес. Да ты сам все узнаешь, когда поедем. Кстати, и верес ¹ покажем — посмотришь, какой он в лесу.

Что такое верес, Юрка знал. В вазе у мамы постоянно стояли веточки этого кустарника. Его привозил из лесу папа, когда бывал дома. Верес Юрке не нравился: невзрачный какой-то. Куда приятнее сосна. А вот маме больше по душе верес. Она говорит, что он пахнет по-особенному. И потом, за сосной далеко идти не надо, она везде, куда ни глянь. А верес папа отыскал: только у Лепоты.

Тогда, в лесу, Юрке очень захотелось побывать там. Но уговорить маму он не смог, и они вернулись домой...

Вспомнив об этом, Юрка грустно вздохнул. Он все еще сидел у окна. Крики во дворе уже стихли. Наверное, мальчишки наигрались и разошлись по домам. На душе у Юрки полегчало — оттого, что зависть прошла. Правда, если бы даже его позвали играть, он бы отказался. Дело в том, что мама болеет.

Лечь в больницу она отказалась, хотя у нее была высокая температура. Дома — ни папы, ни Лени: один — в командировке, другой — в Казани. Юрка купил выписанное врачом лекарство и поил маму. А она не хотела. Юрка сердился, даже прикрикнул. Мама нахмурилась:

— Ты это что, сынок, кричишь? Я же больная. Со мной надо ласково. Скажи, я на тебя кричу, когда ты болеешь?

Юрка смешался, покраснел, промямлил: «Я больше, мамочка, не буду!» Стал уговаривать, даже гладить по голове, как маленькую, и  мама выпила лекарство.

И сегодня мама рассердилась на Юрку. Он убирался в ее комнате и выбросил из вазы веточки вереса. Мама расстроилась... Юрка оправдывался:

— Они уже давно стоят, ссохлись все.

— Ну и что? — возразила мама.— Это же лучшее лекарство для меня.

На глазах у нее выступили слезы. Юрка смутился. Откуда ему было знать, что верес — лекарство, да еще лучшее, для мамы?!

От этих мыслей Юрка опять вздохнул. За окном уже стемнело. В доме напротив загорелись огни. Юрка задернул шторы, включил настольную лампу, сел доучивать уроки на завтра.

Ночью Юрка проснулся оттого, что мама стонала. Она что-то бормотала или со сна, или от жара. Мальчик попытался ее разбудить, она открыла глаза, но продолжала говорить свое. Можно было разобрать только несколько слов, которые повторялись: Боргалия... Юрленград... Лепота... верес... Юрке стало не по себе. Может, вызвать «скорую помощь»? Но для этого надо бежать на улицу и искать телефон-автомат. А вдруг маме станет хуже?.. Наверное, пора снова выпить лекарство? Юрка раздавил таблетку в ложке, налил в кружку воды. Но мама пить не стала. Юрку обуяли страх и жалость от мысли, что она умирает. У нее, наверное, такая же высокая температура, какая была у него, когда болел воспалением легких. Юрка чуть не умер тогда от боли, которая разрывала голову. Спасало полотенце, смоченное в воде. Мама постоянно клала его Юрке на лоб... Полотенце! От этой мысли Юрка сразу вскочил. Схватил в ванной полотенце, намочил его и неумело положил маме на голову. Она все еще стонала, бормоча. Потом постепенно затихла.

Наутро температура была почти нормальной. Мама даже отведала чуточку манной каши, которую сварил Юрка. Он и сам поел, а потом убежал в школу.