Читаем Житье-бытье мальчишечье полностью

Валька будто не слышал его. Он снова полез на церквушку, но, взобравшись, тут же спустился.

— Ну, что, птицы передают нам привет? — опять пошутил Мишка. Юрка же почувствовал, что Валька чем-то встревожен.

Тот беспокойно шнырнул своими острыми глазами по сторонам, коротко шепотом бросил:

— Тихо, потом расскажу. Помогите.

Он в третий раз вскарабкался наверх. Там укрепил доску, поданную Юркой, и снова спустился:

— Пойдемте быстро отсюда.

Мишка уперся:

— Ни шагу не сделаю, пока все не выложишь.

— Не томи,— поддержал Юрка.— Что там такое?

Валька неохотно начал:

— Ну, заглянул я в дыру... Что-то там есть. Ящики не ящики, не поймешь: темновато.

— Давай вовнутрь залезем,— предложил Мишка.

— Опасно: на дворе-то еще светло,— возразил Валька.— Надо подождать.

— Да вы чего? — остановил их Юрка.— Это как же называется? Грабеж...

— Борьба с религией, вот как,— огрызнулся Мишка.— Подумаешь, мы только посмотрим! Ты можешь не лазить.

— Ну, даешь!

— Вдруг там книги, а?— высказал догадку Мишка и лукаво посмотрел на Юрку.

— Вот бы здорово,— загорелся тот.

— Значит, так,— сказал Валька, поняв, что больше возражений со стороны Юрки не предвидится,— сейчас по домам. Как только совсем стемнеет, встречаемся здесь у входа.

Прошло больше часа, когда Юрка вновь появился у церкви. Уже стемнело. Небо было черным и походило на школьную доску, на которой ядреным мелком написаны нотные знаки — звезды.

Стояла тишина, какая бывает на кладбище. И вдруг послышалось близкое кваканье лягушки. «Откуда ей здесь взяться? — удивился Юрка, но тут же хлопнул себя по лбу: — Это же наш условный сигнал!» Он негромко, но очень похоже проквакал. Кусты, облепившие стены «стадиона», зашуршали. Из них выросли две тени, в которых Юрка узнал друзей. Все трое молча шмыгнули в пролом в ограде и очутились у церквушки, которая смутно вырисовывалась на фоне неба.

— Мишка,— зашептал Валька,— ты останешься здесь. Если что — два квака, отбой — три, понял?

Тот мотнул головой, хотя ему меньше всего хотелось оставаться внизу. Но Валька его уговорил еще по дороге сюда: здесь опаснее, да и Мишка покрепче, а вдруг что случится.

Валька и Юрка полезли наверх. Добрались до крыши, сдвинули в сторону одну из досок и протиснулись в образовавшуюся дыру. Затем поставили доску на прежнее место.

Здесь, наверху, была кромешная темнота. Валька включил карманный фонарик, и тонкий лучик света уткнулся в дощатый пол. Затем бойко метнулся в глубь чердака, наткнулся на какие-то длинные ящики. Тут же выхватил из темноты что-то вроде небольшого сундука, обшарил его со всех сторон.

— Загляни-ка в него, Юр,— еле слышно попросил Валька.— Он не заперт, кажется...

Юрка с трудом поднял, будто литую, крышку.

— Смотри, какие-то бумаги!—удивился Валька, светя фонариком вовнутрь сундука. Он схватил первый попавшийся листок, но не успел разобрать ни одного слова, как услышал испуганный шепот Юрки:

— Трезубец.

Лишь сейчас Валька заметил, что текст был напечатан на бумаге с изображением бандеровского знака. Но тут фонарик погас, что всегда случается в самые неподходящие моменты. Несмотря на отчаянные попытки мальчишек включить его, он никак не хотел зажигаться... Рассердившись, Валька сунул его в карман.

— Давай вниз,— заторопил он Юрку.

— Сейчас, только сундук закрою,— ответил тот, ухватился за крышку, рванул на себя... На чердаке будто взрыв грохнул. Это хлопнулась крышка сундука, вырвавшись из рук.

У обоих сердце враз ринулось вниз.

— Тише ты! — прошептал Валька.

Тотчас же квакнула лягушка два раза. Что это? Или, действительно, опасность, или Мишку ввел в заблуждение грохот упавшей крышки? Сомнения рассеял глухой стук внизу, похожий на звук захлопываемой тяжелой двери.

— Кто-то в церковь зашел,— чуть слышно проговорил Валька.— Вдруг сюда?

От такого предположения у обоих забегали по спи-не мурашки. Ребята замерли. Внизу стояла тишина.

— Давай спустимся,— предложил после тягостного молчания Юрка.— Это, наверное, сторож пришел. Ночевать будет.

— Подождем чуток. Чего доброго, засыплемся.. Мишка-то молчит...

Не успел Валька договорить, как где-то, казалось-совсем рядом, послышались скрип и шлепанье. Было похоже, что кто-то поднимался по ступенькам. Ребята увидели сквозь щели в стенах, как вспыхнул свет. Потом громыхнул замок...

Мишка считал, что только в книжках случаются совпадения. Он был уверен, что лезть наверх следовало всем троим. Конечно, так уж принято: кто-то должен «прикрывать». Тем более, что рассказы о бандеровцах это не какие-то сказочки. Он сам бывал на похоронах убитых ими солдат и даже гражданских. Да и Юрка рассказывал — такое не придумаешь. Но ведь это в лесах, на хуторах... А здесь, почти в самом центре города, какие могут быть бандеровцы? «Это Валька все,— неприязненно подумал он,— Уговорил меня, как маленького, а сам с Юркой...» Тут ему в голову пришла мысль плюнуть на все это наблюдение и податься наверх.

Конечно, спроси Мишку, что его тянет туда, он бы затруднился сразу ответить. Просто хочется чердачок поглядеть да узнать, что это за ящики. Такая уж у всех мальчишек, должно быть, натура — любознательная.