Читаем Жернова истории - часть 1 полностью

— Дело не в названии. Но неужели у вас нет группы специалистов, которая занимается сбором и сопоставлением разведданных, которые поступают по вашей линии, по линии военной разведки, по линии НКИД, от Коминтерна, от корреспондентских пунктов за рубежом, и просто от наших граждан, командируемых за границу, составлением обобщающих сводок и анализом таких сводок? — собственно, мне самому интересно, создан уже у них такой аналитический сектор, или им можно подкинуть эту свежую идею.

Станислав Адамович реагирует немедленно:

— А ведь он дело говорит, Миша! Такую группу было бы полезно создать, и стягивать туда информацию из всех возможных источников.

Трилиссер, судя по всему, также первым делом реагирует на возможность сосредоточить в своих руках все потоки разведывательных данных, а не на необходимость их аналитической обработки. Но раз уж такие сводки будут делаться, следующим логичным шагом будет налаживание аналитической работы с содержащейся в них информацией.

— Ты сам знаешь, Станислав, — недовольно бурчит Михаил Абрамович, — что даже новую штатную единицу заполучить для нас большая проблема, не то, что новое структурное подразделение. Хотя я бы тоже эту идею покрутил. Что-то тут есть перспективное. Вместо разрозненных сведений можно будет иметь полную картину, осветить вопросы с нескольких сторон…

— Со штатами, конечно, сейчас тяжело, — соглашается Мессинг. — Но можно ведь найти способы и внештатных работников привлекать. Таких, скажем, как Лида. Да и Виктор Валентинович тоже, я смотрю, мужик с головой… — и он бросает на меня быстрый, цепкий взгляд.

— Э-э, нет! — немедленно возражаю я. — Я до ваших секретов касательства иметь не хочу. Хотя подсказать кое-что могу. Взгляд со стороны, под другим, так сказать, углом зрения, иногда бывает очень полезен.

— Чтобы что-то дельное посоветовать, надо знать нашу кухню изнутри, — уверенно заявляет Трилиссер.

— Смотрите сами, — отвечаю я. — Я тут вам расскажу кое-что, а вы мне даже не сообщайте, насколько близко к истине мои догадки, и есть ли в них какой-то смысл. Но попробуйте над моими словами задуматься. — Не давая им времени возразить или остановить меня, продолжаю:

— Думаю, что сейчас основная активность ИНО ОГПУ, как, впрочем, и КРО, нацелена на белогвардейские эмигрантские организации, такие, например, как РОВС. Это вполне логично. Сегодня именно эти организации, а не Польша, Румыния, или другие страны "санитарного кордона", представляют собой непосредственную опасность для СССР. В то же время через эти же организации нашей разведке легче проникать за границу и создавать зарубежные резидентуры. — Трилиссер и Мессинг внимают мне молча, не порываясь что-либо сказать, и лишь Станислав Адамович, при признаке обозначившейся паузы, один раз поощрительно кивнул головой.

— С другой стороны, такая ориентация работы не имеет дальней стратегической перспективы. Сила, значимость и влияние этих организаций за предстоящие пять-шесть лет – в том числе и вашими усилиями – будут сведены к очень низкому уровню. Да и мировая политика делается отнюдь не эмигрантами, постепенно теряющими остатки почвы под ногами. А ведь нам надо держать руку на пульсе политики основных империалистических держав, не так ли? — Мессинг вновь кивает головой, не столько в знак согласия, сколько поощряя меня продолжать. Продолжу, мне не жалко.

— Итак, нам нужна агентура в правительственных и военных кругах ведущих империалистических государств. Но где ее взять? Можно, конечно, пойти по традиционному пути прежних мастеров шпионажа – играть на людских слабостях, используя шантаж и подкуп. Не отвергая целиком возможностей, которые дает этот путь, хотел бы предложить другой подход. Сейчас среди молодежи на Западе, в том числе принадлежащей и к выходцам из среды господствующих классов, есть немало людей левых, социалистических убеждений. Стоит поискать таких молодых людей, которые в большинстве своем не очень-то и скрывают свои взгляды, в лучших университетах на Западе. В перспективе именно из выпускников этих университетов будет рекрутироваться правящая элита. Полагаю, что в случае удачи мы получим в этой, труднодоступной для нас среде, ценную агентуру, которая будет работать на нас из идейных побуждений. — На этом все же делаю паузу.

Станислав Адамович с улыбкой смотрит на Трилиссера:

— Ну, Миша, я же говорил, — голова!

Трилиссер же буквально сверлит меня пристальным взглядом, но продолжает сохранять молчание. Видимо, он подозревает, что мне есть еще, что сказать, и желает, чтобы я выложился до конца. Ладно, не буду разочаровывать Михаила Абрамовича: