Читаем Жернова истории - часть 1 полностью

В один из не по-весеннему морозных мартовских дней – мне запомнилось, что это была суббота, восьмое марта, потому что я поздравлял Лиду с Днем международной солидарности трудящихся женщин, — в тире произошла неожиданная встреча. С лестницы вдруг донесся шум множества голосов, и в подвал ввалилась мужская компания. У всех под распахнутыми шинелями виднелись гимнастерки или френчи без знаков различия. Обернувшись, я почти сразу узнал в одном из вошедших начальника КРО ОГПУ Артура Христиановича Артузова (уж больно характерная у него была внешность). Чуть погодя, в другом мужчине я заподозрил Генриха Ягоду (сейчас он, кажется, зам председателя ОГПУ). Кое-кто из остальных будил во мне смутные воспоминания, но определить, кто есть кто, я так и не смог.

Пока я разглядывал эту компанию, из-за спин вошедших вышел мужчина с крупным округлым лицом, и воскликнул:

— Лида? Лагутина?

— Ой, Станислав Адамович! — и Лида кинулась вперед, а мужчина шагнул ей навстречу и заключил в крепкие объятия.

После обмена дружескими восклицаниями ("Как у тебя учеба продвигается?", "А вы по нас в Питере не скучаете?", "А ты сама по ЧК не соскучилась?") Лагутина повернулась ко мне:

— Знакомьтесь, Станислав Адамович, это мой товарищ – Виктор Валентинович Осецкий из Наркомата внешней торговли, — с этими словами она снова развернулась к мужчине и, в свою очередь, представила его:

— Это Станислав Адамович Мессинг, он был моим начальником, когда я работала в МЧК.

Сюда что, чуть не вся коллегия ОГПУ пожаловала? Только Феликса Эдмундовича не хватает! Впрочем, наверное, так и есть – в разговоре, который вели между собой вошедшие, мое ухо выловило слова "заседание коллегии".

Между тем руководители ОГПУ подошли к огневому рубежу и в тире зазвучали выстрелы, многократным грохотом отражаясь от стен закрытого помещения. Кое-кто из них стрелял из своего оружия, а кто-то, как и мы с Лидой, получил по нагану здесь, в тире.

Стреляли не все. Мессинг, стоя в стороне, переговаривался с невысоким худощавым мужчиной в очках, с маленькими усиками, почти полностью умещавшимися под носом:

— Миша, "окна" на финской границе нами плотно контролируются… — тут он оглянулся и резко оборвал фразу, которую произносил громким голосом, пытаясь перекричать грохот выстрелов. — Но об этом потом.

"Окна" на финской границе? Они должны сыграть весьма важную роль в завязывающейся сейчас операции "Трест". Но показывать свою осведомленность, да и вообще интерес к операциям ОГПУ, совершенно не к месту. Ну, крутят сейчас чекисты "Синдикат-2", скоро закрутят "Синдикат-4" и "Д-7". Так и пусть крутят. Без меня. Кстати, кто такой этот Миша? Вроде бы, и его фотографию я когда-то видел, но сегодня мне так и не пришло никакой помощи внезапным озарением, позволяющим в нужный момент чудесным образом извлечь из головы отсутствовавшие там ранее точные даты, имена, цифры, факты.

Мессинг, прервавший деловой разговор со своим коллегой, снова обратился к Лагутиной, стоявшей рядом со мной шагах в трех-четырех от него:

— Кстати, Лида, ты мне так и не ответила: скучаешь, небось, по чекистской работе?

— Интересная и нужная работа есть не только в ЧК, — похоже, сентиментальной ностальгии по чекистской романтике она не испытывала. — Так что по работе скучать не приходится. Вот по товарищам некоторым скучаю.

— Понимаю, — слегка кивнул Станислав Адамович. — После гражданской, когда нам пришлось по макушку вывозится и в крови, и в грязи, многие предпочли уйти он нас. Причем не скажу, что ушли худшие кадры. Феликс Эдмундович буквально скрепя сердце отпускал. Но, Лида, в ОГПУ ведь и поинтересней работа есть. Вот, например, у Миши. — Он качнул головой в сторону своего собеседника:

— Хочу вас познакомить. Это, Лидуся, Михаил Абрамович Трилиссер. У него в отделе работа тонкая, можно сказать, интеллектуальная. Как раз для такой девушки, как ты, — и он широко, доброжелательно ей улыбнулся.

— Что же это вы у меня перспективные кадры сманиваете? — решаюсь вмешаться в разговор. Не то, чтобы я хотел удержать Лиду от работы в ОГПУ, но почему бы не воспользоваться этим поводом, чтобы завязать знакомство? Рискованное, конечно, знакомство, но при случае может весьма и весьма пригодиться. Теперь, когда фамилия была названа, я припомнил должность этого человека. Начальник ИНО ОГПУ – это фигура.

— Это как поглядеть, Виктор Валентинович, кто у кого сманивает. Лида – наш старый, проверенный кадр! — немедленно отозвался Мессинг.

— Ладно, ладно! — иду на попятный. — Признаю ваш приоритет. Думаю, что Лидия Михайловна способна стать украшением вашего аналитического сектора.

Трилиссер и Мессинг молча переглядываются. Наконец, Михаил Абрамович прерывает паузу:

— Думаю, что я не выдам большую государственную тайну, если скажу, что у нас в отделе сектора под таким названием нет.