Читаем Женщины-легенды полностью

1 августа 30 года Октавиан подошел к стенам Александрии. Остатки войск бросили Антония и перешли на его сторону. Антоний бежал во дворец к Клеопатре, и там слуги сообщили ему, что царица покончила с собой в усыпальнице около храма Исиды. Растерянный Антоний решился на самоубийство, но раб, которого он попросил убить его, нанес удар себе и упал мертвым. Тогда Антоний сам поразил себя мечом в живот. Но удар оказался слабым. Антоний бился на кровати в конвульсиях, крича от страха и боли. В этот страшный момент стало известно, что Клеопатра не покончила с собой и просит привезти ей Антония. Истекающий кровью, он был доставлен к ней и поднят на веревках в усыпальницу, где и скончался.

А Клеопатра была вероломно захвачена в своей усыпальнице посланцами Октавиана, который хотел сохранить ей жизнь для того, чтобы во время триумфального шествия провести ее в цепях перед своей колесницей. Октавиан разрешил царице участвовать в похоронах Антония. Правда, Клеопатра решилась уморить себя голодом, но Октавиан в ответь на это пригрозил убить ее детей.

Последующие события развивались стремительно. Октавиан посетил Клеопатру и заверил ее в своем добром отношении. Она же пыталась расположить Октавиана к себе, пользуясь своим женским обаянием, но ей это не удалось, несмотря на все его женолюбие. Клеопатра даже вручила ему список своих драгоценностей. Октавиан ушел от нее «с мыслью, что обманул египтянку, но в действительности — обманутый ею».

Вскоре один римлянин сообщил Клеопатре, что ее с детьми через три дня отправят в Рим. И тогда Клебпатра решилась. Прощаясь с могилой Антония, упав на его гробницу, как сообщал Плутарх, она долго причитала и просила: «…не выдавай свою супругу живою, не допусти, чтобы во мне триумфатор повел за своею колесницей тебя, но укрой, схорони меня здесь, рядом с собою: ведь изо всех неисчислимых бедствий, выпавших на мою долю, не было горше и тяжелее, чем этот короткий срок, что я живу без тебя». Так сокрушаясь, она украсила гробницу Антония венком и вернулась во дворец.

Приняв ванну и изысканно пообедав, она написала письмо Октавиану и осталась во дворце с двумя верными рабынями, которые были с ней раньше в усыпальнице. В это время во дворец принесли корзину с фигами, на дне которой была спрятана змея.

Октавиан, прочитав письмо, понял, что задумала царица, но было поздно. Змея уже сделала свое дело. Когда солдаты вернулись во дворец, «Клеопатра в царском уборе лежала на золотом ложе мертвой. Одна из двух женщин, Ирада, умирала у ее ног, другая, Хармион, уже шатаясь и уронив голову на грудь, поправляла диадему в волосах своей госпожи».

Плутарх писал, что Октавиан, «хотя и был раздосадован смертью Клеопатры, не мог не подивиться ее благородству и велел с надлежащей пышностью похоронить тело рядом с Антонием. Почетного погребения были удостоены по его приказу и обе доверенные служанки».

Вместо Клеопатры в триумфальном шествии по Риму пронесли ее портрет на смертном ложе и провели троих детей от Антония; старший сын Птолемей Цезарь, которому было семнадцать лет, был убит по приказу Октавиана. Заботу о детях взяла на себя Октавия, и, когда они выросли, их судьба, так или иначе, была связана с царским двором.

Так решила спор с вечностью Клеопатра. Трагическая смерть великой египетской царицы потрясла Рим. Этим Клеопатра создала легенду о себе и осталась в памяти. Но эта легенда не столько о ее смерти, сколько о жизни умной, честолюбивой и обаятельной женщины, умеющей любить, быть слабой и нежной, гордой и сильной. Такой ее видели античные авторы, по времени жившие ближе всего к ней.

Но были и другие легенды, когда Клеопатру хотели изобразить как «роковое чудовище», как падшую женщину, которая своими чарами погубила Юлия Цезаря и Марка Антония. В сознание римлян на протяжении долгих лет внедряли этот стереотип, и он оказался живучим. Так, один из римских авторов, имя которого неизвестно, но труд его ошибочно приписывали историку IV века н. э. Виктору Аврелию, не знавший, как видно из его произведения, многих деталей, воспроизводил этот римский идеологический стереотип в своем сочинении «О знаменитых людях города Рима»: «Царица Клеопатра, дочь царя египтян Птолемея, была изгнана братом своим и в то же время мужем, Птолемеем, у которого хотела отнять царскую власть. Во время гражданской войны она явилась к Цезарю в Александрию и своей красотой и сближением с ним добилась от него царства Птолемея и его смерти. Она была так развратна, что часто проституировала, и обладала такой красотой, что многие мужчины своей смертью платили за обладание ею в течение одной ночи. Впоследствии она объединилась с Антонием и вместе с ним была побеждена. Под видом того, что она несет приношения на его могилу, она вступила в его мавзолей и там умертвила себя при помощи ядовитых змей».

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука