Читаем Женщины-легенды полностью

Филиппа снова встревожил очередной разлад с сыном. Именно сейчас, накануне похода в Азию, македонский царь ощутил ту грозную опасность, которую представляли для него Александр и Олимпиада: за бывшей супругой стояли ее эпирские родственники, а сын находился в тесных отношениях с иллирийской знатью, которая была кровно заинтересована в ослаблении Македонии. Поэтому Филипп применял все меры, чтобы утихомирить Олимпиаду и в очередной раз помириться с Александром. С этой целью он решил выдать замуж свою дочь Клеопатру за эпирского царя Александра, брата Олимпиады.

Свадьба состоялась в Пелле в 336 году до н. э. и отличалась такой пышностью, будто это была вовсе не свадьба, а нечто более помпезное. В программу входили и атлетические состязания, и конные ристалища, и театральные представления, и мусические выступления, и веселые застолья. Поражало также и количество приглашенных гостей. Некоторые источники указывают, что и Олимпиада прибыла на свадьбу дочери. Если это так, то остается догадываться, что вовсе не счастье дочери привело ее в эти дни в Пеллу, а нечто другое. Видимо, она сочла момент удобным для убийства Филиппа: ведь во время шумного праздника, когда вокруг царит всеобщий хмельной беспорядок и неразбериха, намного легче совершить покушение на царя, чем в обычные дни, когда он находится под бдительной охраной телохранителей. К тому же Олимпиаде было известно, что ближайшие соратники Филиппа и ее заклятые враги, Аттал и Парменион, уже находились в Малой Азии с авангардом.

Все свершилось, как того и желала Олимпиада, в наилучшем виде. На третий день всеобщего гулянья Павсаний, улучив удобный момент, когда Филипп оказался вне поля зрения охраны, нанес мечом несколько смертельных ударов царю. Правда, он сам был немедленно задержан при попытке к бегству и умерщвлен еще раньше, чем Филипп испустил дух на руках Александра.

Олимпиада торжествовала! Как долго она ждала этого дня. Наконец-то ее самонадеянный муж, причинивший ей столько обид и оскорблений, был мертв. Чуть позже она позаботится и о могиле Павсания, а теперь ей следовало подумать о себе и прежде всего отвести всякие подозрения. Не без ее участия в преступлении были обвинены три брата Ланкестида, якобы имевшие все основания устранить Филиппа и возвести на трон Амин-ту, истинного наследника македонского престола, которого некогда обошел Филипп. Хотя один из братьев сразу же признал Александра царем, двух других постигла горькая участь — смертная казнь. Версия о причастности Ланкестидов к убийству Филиппа была принята как официальная, но, видимо, у определенного круга македонской знати не вызывала доверия. Многие подозревали более высокопоставленную особу, а именно «эпирскую ведьму» Олимпиаду. Александр, должно быть, также догадывался о тайных злодеяниях матери, но, будучи любящим сыном, делал все возможное, чтобы ее имя осталось вне подозрений.

По Македонии прокатилась волна репрессий. Прежде всего были физически уничтожены все возможные претенденты на престол. Были преданы смерти Аминта и Каран, сводный брат Александра. Других потомков Филиппа по мужской линии постигла та же участь. В живых остался только доведенный Олимпиадой до слабоумия Арридей. Из благородных побуждений Александр пощадил также представительниц женской линии. Зато Олимпиада дала волю разгуляться своей демонической натуре: чуть позже, когда Александр ушел в поход, она велела схватить Клеопатру, последнюю жену Филиппа, с ее маленькой дочерью Европой. По некоторым источникам, Олимпиада приказала изжарить маленькую девочку на сковороде на глазах у матери, а потом несчастную Клеопатру вынудила покончить с собой. Этот поступок ужаснул многих. Даже Александр, узнав о нем, выразил матери неодобрение. С этого момента Олимпиада, в чьей душе гасли последние искры добродетели, уступая место демонической жестокости, превратилась в чудовище, в облике которого ей предстояло прожить оставшуюся жизнь.

Когда Александр стал царем Македонии, Олимпиада наконец-то могла вздохнуть с облегчением после нескольких напряженных лет, проведенных в интригах и тайной войне с мужем. Наконец-то она могла насладиться полнотой власти, будучи вновь македонской царицей. Но наслаждение было недолгим. После спешных сборов Александр во главе армии отправился в поход на Восток. Олимпиада, до последнего момента надеясь, что управление Македонией будет поручено ей, жестоко обманулась в своих ожиданиях. Александр, который в достижении своих целей ставил здравый смысл выше эмоций, назначил регентом Македонии Антипатра. Такое назначение было в некоторой степени следствием того, что Антипатр, чье мнение высоко ценилось в Македонии, первым из македонской знати признал Александра царем. Александр остановил свой выбор на Антипатре также и потому, что тот являлся приверженцем прогреческой политики, весьма необходимой в деле обеспечения надежных тылов во время похода.