Читаем Женщины-легенды полностью

В молодости Перикл женился на своей близкой родственнице, вдове или разведенной жене некоего Гиппоника. От первого брака она имела уже сына Каллия, от брака же с Периклом у нее родились еще два сына: Ксантипп и Парал. Но ни один из них не принес радости отцу. Старший был мотом и гулякой, младший же — рано умер. Отношения обоих супругов, по-видимому, не переходили, как говорится, рамок приличий. Перикл относился к своей жене, как и другие афиняне: он не питал к ней особой симпатии, а проще говоря, был равнодушен, несмотря на то, что они успели нажить двух сыновей. Он, правда, старался не показывать никому, насколько ему постыло жить с безразличной ему женщиной, но глубоко переживал свое положение.

И вдруг все изменилось — к нему пришла настоящая любовь. Перикл решительно и без особого сожаления разошелся со своей женой, тем более что в тогдашних Афинах разводы совершались довольно легко. Разведенная жена, «с ее согласия», без особого труда передавалась другому. Выполнив этот обряд развода, Перикл женился на иностранке Аспазии, к которой питал «большую нежность». Она принесла в его дом радость, покой и счастье, хотя такой брак не был полностью законным.

Впрочем, преувеличивать это обстоятельство не следует. В практической жизни греки заключали брачные союзы с гражданами разных городов, и это не вызывало особого удивления. Некоторые города-государства даже имели между собой специальные договорные соглашения по поводу полноправности таких браков. И хотя между Афинами и родиной Аспазии — Милетом такого договора не существовало, все же ее союз с Периклом мог считаться действительным. Правда, этот союз был в какой-то мере особенным. Он касался не рядового афинянина, а первого гражданина Афин, их руководителя и вдохновителя, вождя афинской демократии, на действия которого греки равнялись. В этой связи поступок Перикла привлек всеобщее внимание, вызвал немало толков в афинском обществе и принес Периклу ряд незаслуженных огорчений и обид.

Аспазия родилась в городе славном и могущественном, свидетельством чего были его активная деятельность по созданию колоний на берегах Черного моря и в Северной Африке, успехи философов и историков. Первые создали знаменитую Милетскую школу натурфилософов в лице Фалеса, Анаксимандра и Анаксимена, вторые — в лице Гекатея, Кадма, Дионисия — были крупнейшими логографами, предшественниками «отца истории» Геродота.

Когда Аспазия появилась в столице Греции, точно сказать невозможно. Можно только предположить, что это произошло на двадцать первом году ее жизни. Она покинула родину и переселилась в Афины. Здесь она застала много противоречивых и отсталых обычаев и сразу начала против них решительную борьбу. Главным образом это касалось женского вопроса — проблемы эмансипации женщин. Как уже говорилось, по стародавним афинским устоям, на долю женщины оставались лишь хозяйственные заботы и воспитание детей, от нее требовались послушание, верность и скромность. Она была лишена политических прав и даже не могла сама выбрать мужа. Браки по любви были редким исключением.

Судьбу девушки определяли родители. В 15 лет ее обычно сватали за тридцатилетнего мужчину, и накануне свадьбы она должна была приносить в дар богине Артемиде куклу. Развод осуществлялся по первому желанию мужа, дети при этом оставались у него. Если же расторгнуть брак хотела женщина, то в этом случае вмешивалось само государство, которое всяческими мерами препятствовало этому.

Против всех этих обычаев решительно выступила Аспазия, которая стала заниматься широкой просветительской деятельностью, распространяла знания, проводила новые, более прогрессивные взгляды на жизнь, на роль женщины в обществе. Ее беседы и лекции были очень популярны и имели большой резонанс. Ее благосклонности добивались многие из афинян. Своими знаниями она поражала мудрецов-философов. Сам знаменитый Сократ завидовал ее умению спорить и с удовольствием слушал ее. Он первым объявил себя учеником этой прекрасной и гениальной женщины, которая была одинаково непревзойденной в искусстве любви и искусстве беседы. Судя по рассказам, ее речи в кругу друзей отличались образностью и высокой духовностью.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука