Читаем Женщины-легенды полностью

В 1527 году Маргарита вновь вышла замуж. На этот раз за короля Наварры — Генриха д’Альбре. Ее второй муж был далек от запросов и интересов Маргариты и прославился больше политическими интригами и многочисленными любовными авантюрами. Маргарита не нашла и в этом браке семейного счастья. Впрочем, теперь она стала матерью — в 1528 году у нее родилась дочь Жанна (будущая королева Наварры и мать французского короля Генриха IV Бурбона), а в 1530 году — сын Жан, не проживший и 6 месяцев.

Замужество Маргариты значительно отразилось на судьбе французской Реформации. Ее брак не позволял ей жить при дворе Франциска I и, стало быть, непосредственно влиять на политику брата. Могущественная заступница и покровительница гуманистов и протестантов, какой была Маргарита все это время, переселилась теперь в далекое пограничное королевство — Наварру. И вместе с ней из французского двора уходило Возрождение в его лучших формах. К 1527 году завершился тот период в жизни Маргариты, когда она была вторым человеком Франции, — период наибольшего влияния на Франциска.

Наступил «наваррский» и, может быть, самый плодотворный период ее жизни. Период отдаления от парижского двора, от «большой» политики ее брата, период погружения в дела ее крошечного королевства и в дела семейные, период размышлений, творческих исканий и подведения итогов.

Вновь овдовев в 1543 году, Маргарита стала полной правительницей Наваррского королевства, а ее двор превратился в центр культурной жизни Франции. В замках Нерака и По — резиденциях Маргариты забурлила небывалая дотоле умственная жизнь, для Наваррского королевства наступила эпоха Возрождения. Став королевой Наварры, Маргарита собрала при своем дворе в Нераке кружок гуманистов. С неракским замком этого времени связаны имена крупных французских поэтов, ученых, художников, реформаторов, которые, не найдя приюта в большом государстве Франциска I, нашли пристанище в маленьком королевстве его сестры.

Друзьями Маргариты были такие известные писатели-гуманисты, как Клеман Маро, Этьен Доле, Бонаван-тюр Деперье, Пьер де Ронсар и многие другие. Блестящий поэт Франции первой половины XVI века К. Маро был представлен Маргарите еще в 1519 году, с тех пор между ними установились дружеские отношения, сохранившиеся до 40-х годов. Б. Деперье в 1536 году стал ее личным секретарем. Вероятно, именно для придворного кружка гуманистов и литераторов он начал составлять свои новеллы «Новые забавы и веселые разговоры», написанные в традициях «Декамерона» Боккаччо и «Фа-цетий» Поджо. При дворе Маргариты этот крупный писатель и мыслитель эпохи Возрождения создал свое лучшее произведение «Кимвал мира». Другим секретарем Маргариты был переводчик «Декамерона» Антуан Ле Масон. Выполненный им в 1545 году новый перевод «Декамерона» он посвятил Маргарите.

К последнему, «наваррскому» периоду относится расцвет творческой деятельности Маргариты. Маргарита-литератор пробовала свои силы в различных жанрах, творческое наследие ее пестро и неравноценно по своим литературным достоинствам. Она писала стихи, аллегорические поэмы, пьесы; сохранилась ее переписка, прежде всего письма к брату Франциску, их более 150.

В 1547 году вышел сборник стихотворений Маргариты Наваррской «Маргаритки Маргариты из принцесс», в эти же годы королева Наварры работала над лучшим своим произведением — сборником новелл «Гептаме-рон». По своей внешней структуре «Гептамерон» повторял одну из любимых книг Маргариты «Декамерон» Боккаччо. Сборник остался незаконченным, в него вошли лишь 72 новеллы. Маргарита написала семь «дней» и начала восьмой. В связи с чем издатели дали этой книге такое произвольное название «Гептамерон», что означает «семидневник», «семиднев». Книга дважды издавалась в XVI столетии (1558, 1559) и существовала в 15 списках.

Говорят, Маргарита написала свою книгу забавляясь, между делом, в свободную минуту, предназначенную для отдыха от серьезных и важных занятий, — на носилках, путешествуя по стране. Долгое время «Гептамерон» считался одним из неприличнейших и непристойных сочинений. Но в том нет вины автора: Маргарита писала так, как говорили при дворе ее брата и в наваррском обществе. В то время иначе не умели и не могли писать. Значение этой живой и увлекательной книги, созданной в последние годы жизни королевы Наваррской, еще и в том, что это фактически первое прозаическое произведение на французском языке, который тогда только формировался.

«Гептамерон» появился в то время, когда французский гуманизм переживал последние мгновения своего расцвета; уходило поколение людей, чей талант позволил говорить о взлете французской культуры эпохи Возрождения. Франция находилась на пороге значительных политических потрясений, религиозных гугенотских гражданских войн, с началом которых французский гуманизм вступил в свой последний кризисный этап.

Маргарита Наваррская — королева, писатель, меценат, «добрый гений» французских гуманистов и протестантов — ушла вместе со своим поколением. В 1549 году ее не стало.

Две королевы

Перейти на страницу:

Похожие книги

1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции
1917: русская голгофа. Агония империи и истоки революции

В представленной книге крушение Российской империи и ее последнего царя впервые показано не с точки зрения политиков, писателей, революционеров, дипломатов, генералов и других образованных людей, которых в стране было меньшинство, а через призму народного, обывательского восприятия. На основе многочисленных архивных документов, журналистских материалов, хроник судебных процессов, воспоминаний, писем, газетной хроники и других источников в работе приведен анализ революции как явления, выросшего из самого мировосприятия российского общества и выражавшего его истинные побудительные мотивы.Кроме того, авторы книги дают свой ответ на несколько важнейших вопросов. В частности, когда поезд российской истории перешел на революционные рельсы? Правда ли, что в период между войнами Россия богатела и процветала? Почему единение царя с народом в августе 1914 года так быстро сменилось лютой ненавистью народа к монархии? Какую роль в революции сыграла водка? Могла ли страна в 1917 году продолжать войну? Какова была истинная роль большевиков и почему к власти в итоге пришли не депутаты, фактически свергнувшие царя, не военные, не олигархи, а именно революционеры (что в действительности случается очень редко)? Существовала ли реальная альтернатива революции в сознании общества? И когда, собственно, в России началась Гражданская война?

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Документальная литература / История / Образование и наука
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука