Читаем Жека 2 полностью

— А зачем драться? — невозмутимо спросил Славян. — Мы все друзья. Нам не надо драться. Если хочешь влиться и поработать с нами, просто покажи, что можешь, а мы посмотрим. Ну, давай с Жекой.

— С Жекой? — растерялся Лёха.

— Ну да. Со мной, — так же невозмутимо, как и Славян, ответил Жека. — Ты же боец? Должен со всеми уметь махаться. В том числе и со мной. Мы же спортсмены, нам без разницы с кем — хоть с родным отцом.

Пацаны сняли куртки, свитеры, и пошли на ринг. Славян с Митяем сели на лавки посмотреть.

Лёха подошёл на центр ринга, вытянув руки для приветствия, однако Жека ударил по ним ногой, и ушёл на безопасную дистанцию. Лёха, потирая ушибленные запястья, удивлённо посмотрел на Жеку. Подумал наверное, как же так-то — без приветствия?

— Работаем по уличному, какие приветствия, Лёха? Ты гонишь? — крикнул Жека, и прыгнув, нанёс правой вертушкой сильный удар, но Лёха пригнулся, и поймал Жеку вдогонку по уходящей ноге. Потом тут же перекатился в угол ринга, и встал там во фронтальной кикбоксёрской стойке. Сам он не атаковал, предпочтя бой от обороны. Но после Жекиных атак контратаковал достаточно грамотно, почти всегда ловя или на отходе, или на излёте.

— Всё! — хлопнул Славян в ладоши. — Хватит тут хернёй заниматься. Вижу, что драться умеешь. Против Соловья трудно выстоять. Считай что, прошёл экзамен. Пошли наверх. Буханём и покурим. И побазарим о делах наших.

Пока одевались, наливали коньяк по стопкам, пили, курили, Жека время даром не терял. Показал блокнотик, куда записывал Маринкины пожелания. Потом на словах передал, что да как.

— Ну чё… Так-то по здравому всё, — согласился Славян. — Не подкопаешься. Ты займёшься? Где покупать?

— Тут у завода магазин есть «Торговая техника». Съезжу завтра, посмотрю чё там. Никифрыча на весь день возьму у вас. И Лёху. Да Лёх?

— Конечно. Надо так надо, — легко согласился парень. — С технарём сам разберусь.

— Ну вот и лады. Держи тебе стоху как аванс, — Жека сунул Лёхе сотню, но тот, прям как и Маринка, ни в какую не хотел её брать.

— Не Жека… Ты чё? За чё мне? Не заработал ещё!

— Бери говорю! — Жека чуть не силой запихал купюру в руки парня. — На сигареты, на такси, на бомбил. Ты чё думаешь, мы на автобусах ездим туда-сюда? У нас две машины, и тех не хватает. Приедешь завтра сюда к 10 часам. раньше нет смысла. Торгтехника с 10 работает. Ну теперь всё, давай, иди! И осторожней тут! У нас здесь пацаны местные и прибить чужого могут.

— Замучаются! — засмеялся Лёха, и побежал вниз, на улицу.

— Вроде нормальный пацан… — неопределённо сказал Славян, закуривая сигарету. — Чё завтра? Какие планы?

— В Торгтехнику. За фритюрницей и мясорубкой. Вам задание холодильник присмотреть по объявам. И всё, что далее по списку. Давай бабло. Пару косарей для начала, там посмотрим.

Неделя прошла в непрерывной беготне и езде. Всё, что надо купили, притаранили на базу. Купили в Спортторге новые лыжи и ботинки. Всё вместе встало в 10000 рублей. Наличка ушла почти вся до копейки. На базе теперь постоянно, и днём и ночью, дежурил охранник из кооператива — воровать было чего. Пошло и дело. Приходили небольшие группы людей, брали в прокат лыжи, удивлялись новому облику базы, новостям о том, что скоро на базе заработает небольшой кафетерий. После сильного снегопада пришлось в ближайшем совхозе нанимать «Кировец», чтобы почистить трассу, за что отдали полсотни трактористу, и полсотни механику. Но пока всё это было в убыток. 10 косарей когда ещё отобьёшь, если выручка по 50 рублей в день… Надо было срочно запускать кафетерий.

Только к началу третьей недели января было всё готово к приёму гостей, и думали уже покупать мясо и тесто, как случилось непредвиденное.

21 января, в понедельник, Жека с пацанами сидел в кооперативе, время часа 3 дня уже было. Базарили так… Ни о чём. Как вдруг позвонила Сахариха. Что было крайне удивительно — обычно она никогда и никому не звонила сюда. Однако ж вот… Позвонила, и сказала, чтоб Жека срочно пришёл к Сахару. Прям срочно!

— Чё там за спешка? — недоумённо спросил Жека у пацанов. — Чё опять придумал этот лысый…

Пацаны встревоженно посмотрели на Жеку, справедливо ожидая от авторитета какой-то пакости. Но надо идти… Дверь открыл Сахар. Посмотрел на Жеку, как будто думая, стоит ли говорить ему это, однако всё же сказал. А вернее, спросил.

— У вас деньги есть? Наличка. По пятьдесят и сто рублей?

— Есть немного. На мелкие расходы. Зарплата, то да сё. А чё? Нам сейчас нечем тебе платить.

— Да не мне платить, Соловей, — с досадой перебил Сахар. — Слушай сюда. Мне утром люди из Москвы позвонили. Завтра по телику Павлов объявит о денежной реформе. Вечером. В 9 часов по Москве, а у нас уже ночь будет.

— Какая реформа?

— Пятидесяти и сторублёвые купюры образца 1961 года надо будет в сберкассе за три дня поменять на новые, образца этого года, 1991-го, либо на мелкие. Но мелких, сам понимаешь… На всех не хватит. Есть указание уже завтра тормозить приём денег по вкладам, чтобы не положили деньги в сберкассы. Выдачу — сколько угодно. Дадут хоть миллион сторублёвками, которыми через неделю только жопу вытереть.