Читаем Жаклин полностью

Обычно секретарш Белого дома приглашали в бассейн и на ужин по телефону. С другими женщинами связь осуществлялась через Эвелин Линкольн. Их потихоньку привозил Дейв Пауэрс. Он вел их наверх, а Кеннеди показывал им Белый дом, после чего угощал коктейлями. Иногда за ужином присутствовал какой-нибудь другой мужчина, но он уходил, когда Кеннеди и его женщины направлялись в спальню. Президент не спал со своими дамами ночью, он всегда возвращался в свою комнату, где его ждал твердый, как камень, матрас. Если его дама проводила ночь в комнате Линкольна, на следующее утро Кеннеди приносил ей завтрак на подносе. Через какое-то время приходил Дейв Пауэрс и ждал, пока президент удалится в Овальный кабинет, после чего выпроваживал очередную прелестницу из Белого дома.

Многим женщинам довелось хорошо провести время с Кеннеди в бытность его президёнтом. Одна из них, очаровательная блондинка, была впоследствии убита при загадочных обстоятельствах. Преступление так и не было раскрыто. Мэри Мейер переехала в Джорджтаун после развода и четыре дня в неделю занималась живописью в своей студии, находившейся неподалеку от дома сестры, жившей со своим мужем — Беном Брэдли. Сама она жила в двух шагах от своих близких друзей, четы Кеннеди. Она знала Джека еще со студенческих дней и часто совершала прогулки с Джекки. Позднее, разведясь с Кордом Мейером, который работал в ЦРУ, она часто посещала Белый дом вместе с четой Брэдли.

Мэри приводило в восторг то, что ее близкие друзья живут в Белом доме. Однажды вечером во время обеда у Кэри Фишер, она стала развлекать гостей анекдотами о личной жизни президента и первой леди.

«Она все говорила и говорила, пока, наконец, мне не надоело, и я не обратилась к ней с вопросом, когда она кончит копаться в грязном белье этой семьи, — вспоминает одна гостья. — Тогда она повернулась ко мне и сказала с негодованием, что эта тема представляет интерес, так как Джек является президентом США. Через несколько дней она прислала мне письмо, в котором извинялась за свои слова. Она писала, что нельзя копаться ни в чьем грязном белье — даже если это белье принадлежит президенту. Но ее так пленил этот человек, что ее в нем интересовало все».

Роман Мэри с Джоном Кеннеди начался через год после того, как он стал хозяином Белого дома. Согласно ее дневнику он впервые предложил ей переспать с ним в 1961 году, но тогда она отказала ему, так как находилась в связи с художником Кеннетом Ноландом. Кеннеди настаивал на своем, и после разрыва с Ноландом она стала регулярно встречаться с Джеком, посещая Белый дом два-три раза в неделю в те дни, когда Джекки уезжала из Вашингтона.

Мэри доверительно сообщала о деталях ее романа своему близкому другу, Джеймсу Труитту, который рассказывает, что однажды вечером, когда она и Кеннеди пошли в спальню, Мэри преподнесла ему сюрприз. «Я приготовила кое-что для тебя», — сказала она. Затем вынула небольшой портсигар, в котором лежали сигареты с марихуаной. Президент выразил желание попробовать их. Мэри сказала, что сначала ДФК ничего не почувствовал, а потом засмеялся и сообщил ей, что через две недели в Белом доме должна состояться конференция по проблеме наркотиков. «Она говорила, — вспоминает Труитт, — что, выкурив вторую сигарету, Джек откинулся в кресле и закрыл глаза. Он долго находился в таком состоянии, и Мэри уже начала думать, что погубила президента.

Они выкурили три сигареты, после чего Кеннеди сказал: «Хватит. Вдруг русские предпримут что-нибудь прямо сейчас». Она утверждает, что он сказал ей: «Это похоже на кокаин. Я достану тебе марихуаны». Через месяц Джек вновь выразил желание покурить «травки», но до этого дело так и не дошло».

Мэри говорила Труитту, что любила Кеннеди, но понимала: их связь будет носить характер кратких встреч, хотя, по ее словам, он и не испытывал глубоких чувств к Джекки.

Через несколько месяцев после убийства президента сорокатрехлетняя художница рисовала у себя в студии, а потом решила сделать пробежку. Надев свитер с капюшоном и теплую футболку, она направилась к тому месту, где иногда прогуливалась вместе с Жаклин Кеннеди. Был полдень, но возле набережной реки Потомак почти не было людей. Служащий заправочной станции помнит, что он услышал женский крик, доносящийся из района бечевника. «Помогите! Кто-нибудь, помогите!» Затем раздался выстрел, а через несколько минут еще один.

Подбежав к каменной стене возле бечевника, служащий увидел черного человека в светлой куртке, склонившегося над телом белой женщины в свитере с капюшоном. Когда прибыли полицейские, они обнаружили тело красивой женщины, убитой выстрелом в голову.

Позднее, тем же вечером, сотрудник ЦРУ Джеймс Энглтон с женой пришли в дом Мэри, чтобы взять ее с собой на вечер поэзии. Однако там им никто не открыл, Энглтон позвонил в полицию и узнал, что Мэри убили. Они тотчас отправились к Брэдли, чтобы позаботиться о похоронах.

Перейти на страницу:

Все книги серии Женщина-миф

Галина. История жизни
Галина. История жизни

Книга воспоминаний великой певицы — яркий и эмоциональный рассказ о том, как ленинградская девочка, едва не погибшая от голода в блокаду, стала примадонной Большого театра; о встречах с Д. Д. Шостаковичем и Б. Бриттеном, Б. А. Покровским и А. Ш. Мелик-Пашаевым, С. Я. Лемешевым и И. С. Козловским, А. И. Солженицыным и А. Д. Сахаровым, Н. А. Булганиным и Е. А. Фурцевой; о триумфах и закулисных интригах; о высоком искусстве и жизненном предательстве. «Эту книга я должна была написать, — говорит певица. — В ней было мое спасение. Когда нас выбросили из нашей страны, во мне была такая ярость… Она мешала мне жить… Мне нужно было рассказать людям, что случилось с нами. И почему».Текст настоящего издания воспоминаний дополнен новыми, никогда прежде не публиковавшимися фрагментами.

Галина Павловна Вишневская

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное