Читаем Записки музыковеда 3 полностью

В том же году композитор завоевывает Римскую премию. Свою работу над конкурсным произведением Берлиоз заканчивает под звуки начавшегося в Париже восстания и прямо с конкурса отправляется на баррикады, чтобы присоединиться к восставшим. В последующие дни, оркестровав и переложив для двойного хора «Марсельезу», он разучивает ее с народом на площадях и улицах Парижа. Удостоившись Римской стипендии, Берлиоз два года проводит на вилле Медичи. Вернувшись из Италии, он разворачивает активную деятельность дирижера, композитора, музыкального критика. Но его встречает глухая стена полного неприятия его новаторской деятельности со стороны официальных кругов Франции. И это предопределило всю его дальнейшую жизнь, полную лишений и материальных трудностей. Возвращение в Париж в 1833 году было ознаменовано свадьбой с эксцентричной ирландской актрисой Гарриетт Смитсон. Против этого брака была настроена вся семья Берлиоза, за исключением его младшей сестры Адели. Год спустя родился сын Луис, названный в честь отца композитора.

В 1834 г. появляется вторая программная симфония — «Гарольд в Италии» (по поэме Дж. Байрона). Впервые в истории музыки солирующая партия поручается альту, и это придает симфонии черты концерта. В финале симфонии, по словам Берлиоза «звучит одновременно упоение вином, кровью, счастьем и гневом», здесь «пьют, хохочут, дерутся, крушат, убивают, насилуют и все же веселятся». А голос альта — это сам Гарольд, наблюдающий за разбойничьей оргией.1837 г. был ознаменован рождением одного из величайших творений Берлиоза — Реквиема, созданного в память жертв Июльской революции. В истории этого жанра Реквием Берлиоза — сочинение уникальное: в нем сочетается монументально-фресковый и утонченно-психологический стиль. Марши, песни в Духе музыки французской революции соседствуют то с проникновенной романтической лирикой, то со строгим, аскетичным стилем средневекового григорианского хорала. В исполнении Реквиема принимает участие грандиозный состав: 200 хористов и расширенный оркестр из более чем ста человек. В 1839 г. Берлиоз заканчивает работу над третьей программной симфонией «Ромео и Джульетта» (по трагедии Шекспира). Этот шедевр симфонической музыки, оригинальнейшее творение Берлиоза, представляет собой синтез симфонии, оперы, оратории и допускает не только концертное, но и сценическое исполнение. Так же, как и созданная в 1846 году драматическая легенда «Осуждение Фауста». Это первое музыкальное прочтение философской драмы Гете, положившее начало многочисленным последующим ее интерпретациям: в опере (Гуно), в симфонии (Лист, Малер), в симфонической поэме (Вагнер), в вокально-инструментальной музыке (Шуман).

В 1840 г. появляется «Траурно-триумфальная симфония», предназначенная для исполнения на открытом воздухе. Она приурочена к торжественной церемонии перенесения праха героев восстания 1830 г. и живо воскрешает традиции театрализованных представлений Великой французской революции.

В 1854 Гарриетт Смит скончалась. В этом же году Берлиоз вступает в новый брак с певицей Мари-Женевьев Мартин, или Мари Ресио — как она именовалась на сцене. С Мари у композитора была многолетняя связь. В 1856 году Берлиоз приступает к созданию ключевого произведения своего творчества — опере «Троянцы». Либретто он пишет сам на основе хорошо знакомой ему с детства «Энеиды» Виргилия. Работа была закончена в рекордные для столь грандиозного сочинения сроки — за два года. В итоге получилось двухчастное произведение общей длительностью более 5 часов. Парижская опера в течение пяти лет отвергала «Троянцев», и когда в 1863 году «Театр Лирик» дал согласие на постановку только второй части, «Троянцы в Карфагене», к тому же с многочисленными купюрами, Берлиоз сдался на милость судьбе. Ни первую часть «Падение Трои», ни тем более целую оперу маэстро так на сцене и не увидел. Мировая премьера полноценных «Троянцев» состоялась в 1906 году, а парижская — только в 2003. Современников Берлиоза испугал не только колоссальный масштаб «Троянцев», их задевала сама суть произведения, не имеющая ничего общего с привычными поверхностными развлечениями.

Такой же неудачной была судьба оперы «Беатрис и Бенедикт», основанной на шекспировском сюжете «Много шума из ничего». Она была сразу показана в Германии. Берлиоз провел первые два спектакля немецкой версии в Веймаре в 1863 году, где, как он писал в своих мемуарах, был «поражен всякого рода вниманием». Во Франции ее поставили только через семнадцать лет.

На закате жизни Берлиоза преследовали одни потери — в 1860 умерла любимая сестра Адель, в 1862 году — супруга, в 1864 — в возрасте 26 лет скончалась последняя возлюбленная, Амели. В 1867 Берлиоз лишился и единственного сына, капитана торгового судна, во время пребывания на Кубе заболевшего желтой лихорадкой. Известие о его смерти отец получил только в через месяц.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика