Читаем Записки музыковеда 3 полностью

Милию Балакиреву выпала исключительная роль открыть новую эпоху в русской музыке и возглавить в ней целое направление, хотя поначалу ничто не предвещало ему такой судьбы. Он появился на свет 21 декабря 1836 года наследником старинной дворянской фамилии, первые упоминания о которой восходят к 14 столетию. Балакиревы несколько веков состояли на военной службе, но отец будущего композитора, Алексей Константинович, был штатским государственным служащим. Столь необычное имя мальчик получил от мамы, Елизаветы Ивановны, в роду которой оно было достаточно распространено. Она прекрасно играла на фортепиано сама и научила сына основам владения инструментом. А убедившись в незаурядных способностях сына, специально отправилась с ним из Нижнего Новгорода в Москву. Здесь десятилетний мальчик взял несколько уроков у знаменитого в то время педагога — пианиста и композитора А. Дюбюка. Затем снова Нижний, ранняя смерть матери, учение в Александровском институте за счет местного дворянства (отец, мелкий чиновник, женившись вторично, бедствовал с большой семьей). В 16 лет юноша выпускается из стен института и поступает вольнослушателем на математический факультет Казанского университета. Зарабатывать на жизнь ему приходилось преподаванием музыки. Не проучившись в Казани и двух лет, он возвращается домой, где начинает дирижировать оркестром К. Эйзериха, выступая на ярмарке, в театре и Дворянском собрании. И первые свои произведения Балакирев написал еще будучи студентом Казанского университета. Среди них и Фантазия на темы оперы «Иван Сусанин», которую он сыграл при первом знакомстве с Глинкой, произведя на последнего огромное впечатление.

Решающее значение для Балакирева имело знакомство с А. Улыбышевым, также нижегородцем — дипломатом и великолепным знатоком музыки, автором трехтомной биографии В. А. Моцарта. Улыбышев высоко оценил талант молодого человека. Он был вхож в музыкальные круги столицы и в 1855 году привез в Петербург 19-летнего Милия. Дом Улыбышева, где собиралось интересное общество, устраивались концерты, стал для Балакирева настоящей школой художественного становления. Здесь он дирижирует любительским оркестром, в программе выступлений которого разные произведения и среди них симфонии Бетховена, выступает в качестве пианиста, к его услугам богатейшая нотная библиотека, в которой он проводит много времени, изучая партитуры. В этом доме Балакирев познакомился с Глинкой. Это знакомство, а также сближение с критиком В. Стасовым стало судьбоносным в его жизни. Знакомство с Глинкой, правда, осталось недолгим, он вскоре уехал за границу. Одобрив начинания Балакирева, великий композитор дает советы в отношении творческих занятий, беседует о музыке. Ярко одаренный, ненасытный в знаниях, неутомимый в работе, он рвался к новым свершениям. Благодаря Глинке, Милий Алекссевич активно взялся за сочинение музыки, а вместе со Стасовым стал идеологом «Могучей кучки», к которой впоследствии присоединились Ц.А. Кюи, М.П. Мусоргский, Н.А. Римский-Корсаков и А.П. Бородин.

Даргомыжскому также понравился молодой музыкант, и Милий с большим воодушевлением надеется творить и сочинять. В его планах была и симфония, и фортепианный концерт. Но, оставаясь один на один с листом нотной бумаги, он испытывал волнение, перераставшее в депрессию. Он не был уверен в себе, он хотел быть лучшим, стать на одну ступень с Глинкой или Бетховеном, но боялся разочарования и провала. Гораздо лучше ему удавалась роль музыкального консультанта и редактора, вдохновителя своих соратников по «Могучей кучке», лишь бы не писать самому. Идеи «для себя» его быстро разочаровывали и, как следствие — отвергались. Возможно потому, что самые выигрышные сюжеты он отдавал своим ученикам-кучкистам: «…критик, именно технический критик, он был удивительный», — писал Римский-Корсаков. Он активно участвовал в работе не только «кучкистов», но и других композиторов, Чайковского, например — подсказывал им темы сочинений, давал ценные советы, разбирал их произведения.