Читаем Замок полностью

— Я не могу идти с вами. Мой товарищ, — он указал вверх, — попал в беду. Для этого я прибыл сюда, и ни для чего другого. Когда-нибудь… — Олег прикинул: да, это вполне возможно, особенно с учетом Троухора. — Я приду с другой целью, найду вас, и мы совершим вместе немало славных подвигов! Но — не сейчас. Спасибо вам за все — и прощайте!

Солнце неумолимо подбиралось к горизонту. Нужно было торопиться — и Олегу, и Хампу с Гертом. Хамп понял это.

— Ну что ж, прощай! — сказал он, положив руку на меч. — Когда тебе понадобится моя помощь, ты сможешь найти меня, зайдя в леса Орб-Гель, к востоку от Трита.

Он повернул коня и замер, дожидаясь Герта. Тот скривился в гримасе неудовольствия:

— Не думал я, что все так кончится! Если что, ищи меня при дворе Эриха Горца, короля Трита. Я помню, что ты мой должник, но помни и ты, что мне уже тридцать шесть, и через двадцать весен тебе некому будет возвращать долг! Прощай…

Он махнул рукой и поскакал вниз.

— До свидания! — соорудив это новое для тритского языка понятие, Олег прокричал его вслед удаляющимся всадникам. Он почему-то был уверен, что встреча не заставит себя долго ждать. Может быть, потому, что сам хотел этого.

— Было бы неплохо, — пробормотал он, — вместе… Но этот Троухор…

Площадка, на которой примостился глайдер посланника — Олег не сомневался, что это именно он, слишком все было похоже на его собственный бот, спрятанный в болотах Южного Хорна, да и находился он в месте, почти точно совпадавшем с предсказанным, что свидетельствовало о логичности действий его владельца, той логичности, верить в которую Олег уже почти перестал, — площадка эта была совсем рядом, километрах в двух по вертикали и в пяти — по горизонтали, к подножию горы можно было добраться верхом. Олег пришпорил коня.

Он трясся в седле — тропа кончилась — и размышлял о странной стране, куда его забросила-таки судьба. Еще услышав первые россказни о стране за горами, он наложил табу на интерес к ней — феномены такого порядка нужно изучать специально, не спеша и уж конечно не в одиночку. И тем не менее вот он уже убил одного из местных монстров и скачет к месту аварии собрата по разуму, по всей видимости до сих пор пытающегося выбраться из Троухора.

Граница его блокирует выход, а не вход. «Мышеловка». Создатели ее заботились о секретности происходящего в Троухоре для остального Крэгга. Значит, либо полигон инопланетной цивилизации — Олег присвистнул — либо замкнутая местная страна на технологической стадии, либо, наконец, естественное образование, с незапамятных времен разделившее две области Крэгга с разными формами жизни. В последнем случае все просто, найду посланника, и улетим… Улетим?

Почему же он не улетел сам? Ведь авария невозможна, и если глайдер стоит без движения, это значит только одно: что-то ему целенаправленно мешает. Автоматы ПВО, например, если это развитая промышленная страна.

Олег вздохнул. Получалось, что помимо контакта с посланником придется — не дай бог — общаться с гражданами страны, атакующей чужие глайдеры.

Дальше ехать верхом было невозможно. Нагромождение камней преграждало путь вверх, а через несколько сот метров начиналась гладкая скала, по которой можно было только карабкаться. Олег спрыгнул с лошади, привязал нелишняя предусмотрительность — к подходящему камню и быстро, бросив скептический взгляд на темнеющее небо, полез вверх.

Площадка у вершины была довольно высоко. Олег сделал две остановки для отдыха, вокруг смеркалось все сильнее, на небе зажглись первые звезды. Олег улыбнулся им — он почти забыл, что такое звездное небо.

Последние метры он лез по практически отвесной стене, призвав на помощь природные альпинистские наклонности.

Но вот правая рука зацепилась за край площадки. Рывок — и Олег стоял на краю обрыва нос к носу с полуметровым красным факелом работающего маневрового движка. Глайдер подрагивал на довольно крутом склоне чуть выше.

Подойдя к нему, Олег полез прямо в кабину. Разбираться в непосредственном управлении не было времени, он активировал пульт и тут же получил на экран огромный список на непонятном языке. Машинально схватился за пояс — ах да, линг остался в замке. Тьфу!

Конечно, можно было настроиться и провести ночь перед экраном, заменив линг одной половинкой мозга. Олег некоторое время колебался. Однако, как бы ни было заманчиво освоить управление чужим глайдером, сидеть в нем, непонятно почему оставленном хозяином, могло быть небезопасно. Олег выбрался наружу и решительно переключился в режим «ищейка».

Перейти на страницу:

Все книги серии Дипломат особого назначения

Похожие книги

Адское пламя
Адское пламя

Харри Маллер, опытный агент спецслужб, исчезает во время выполнения секретного задания. И вскоре в полицию звонит неизвестный и сообщает, где найти его тело…Расследование этого убийства поручено бывшему полицейскому, а теперь — сотруднику Антитеррористической оперативной группы Джону Кори и его жене Кейт, агенту ФБР.С чего начать? Конечно, с клуба «Кастер-Хилл», за членами которого и было поручено следить Харри.Но в «Кастер-Хилле» собираются отнюдь не мафиози и наркодилеры, а самые богатые и влиятельные люди!Почему этот клуб привлек внимание спецслужб?И что мог узнать Маллер о его респектабельных членах?Пытаясь понять, кто и почему заставил навеки замолчать их коллегу, Джон и Кейт проникают в «Кастер-Хилл», еще не зная, что им предстоит раскрыть самую опасную тайну сильных мира сего…

Иван Антонович Ефремов , Геннадий Мартович Прашкевич , Нельсон ДеМилль , Нельсон Демилль

Детективы / Триллер / Фантастика / Научная Фантастика / Триллеры
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези