Читаем Замок полностью

Олег выпустил меч — тот зазвенел на каменном полу. И впрямь надо ехать. Посланник… как он мог? И Герт — отчего он вдруг так заговорил? Зачем ему меня выпроваживать? «Довольно смертей…» — неужели боится? Неужели все-таки боится?!

Меч звякнул: Герт подобрал его и бросил в ножны.

Тьфу! Такие варианты нужно считать сразу! Конечно же, убьет «при попытке к бегству»… как сообщника… на пороге лаборатории. И как все гладко расписал!

Олег смотрел на Герта, делая вид, что думает, и ждал. Заминка затягивалась. Герт, конечно, не решался нападать в открытую, и потому молчал, хмуро глядя на Олега.

— Чего ты ждешь? — спросил он наконец.

Олег пожал плечами:

— Откуда ты знаешь, что меня ждут?

Герт нетерпеливо махнул рукой:

— Ты сам собирался ждать своего друга; да и заведено так — прибывший первым ждет второго! А что он прибыл к тебе — это ж ясно: без волшебства тут не обошлось! Это — твой приятель, больше некому.

— Хорошо. — Олег решился все выяснить.

Он повернулся к столу, конечно, следя задним зрением за каждым движением Герта, и начал наводить там порядок. Прибрал рукопись, подвигал колбы. Герт наблюдал, ничего не предпринимая.

Олег повернулся и направился к двери; низкий свод заставил пригнуться; очень неудобно будет, мелькнула мысль, если он и в самом деле… Но Герт не шевелился, будто собирался остаться в лаборатории навсегда.

Олег шагнул в коридор и тут же отпрянул: навстречу шагал монсеньер. Значит, правда: будет вылазка. Значит, и монсеньер уверен, что посланник ждет у Дрота…

— Поедешь с нами, — коротко сказал монсеньер. — Герт! Идем!

И, развернувшись, зашагал обратно.

Отряд выехал из замка полчаса спустя. Даже пепельный свет — обычная погода в этих местах — показался Олегу праздничным после долгого полумрака подземелья. Дорога была знакома, местные верховые животные, достаточно похожие на земных лошадей, чтобы Олег сумел устроиться в седле, стрелой летели вперед под легковооруженными всадниками. Ветер в ушах пел песню близящейся битвы.

Ехали молча. Трясясь в седле, Олег продолжал неторопливо размышлять: что же произошло у Дрота? Почему посланник стал убивать? Ну ладно, запоздал, встретил засаду и понял, что Олега увели в замок; тем более надо было дать себя повязать… А может быть, он просто думал, что Олег еще не прибыл, что его задержал пожар, и впрямь заставивший приложить все силы, чтобы прибыть вовремя? И посланник решил обеспечить безопасность? Олег усмехнулся — какая уж тут безопасность, отряд в сорок конников! Тем более непонятно — зачем убивать? Зачем позволять одному уйти?

Олег искал и не мог найти объяснения, и оттого постепенно начинал беспокоиться. Проснулись старые сомнения: да гуманоид ли посланник? Зачем такие странные условия встречи? И эти убийства… что, если это прямой намек ему, Олегу, — вот мы какие?!

Путь, пешком занявший полтора дня, верхом был проделан за несколько часов. Монсеньер поднял руку — и весь отряд, сорок человек и сорок коней остановился единым духом. Дисциплина, подумал Олег.

— Герт! — позвал монсеньер. Олег сосредоточился и услышал короткий шепот: — Пойдешь в обход, и учти — ты уже потерпел одно поражение, монсеньер, будьте уверены!

Хранители веры по знаку Герта поскакали за ним. Олег остался в окружении трех рослых латников — они неотрывно следили за каждым его движением. В дороге это не было так заметно, сейчас же становилось неудобным.

Солнце за серыми тучами клонилось к горизонту; серая грязь, которой стал пепел, хлюпала под копытами лошадей.

Латники начали нехитрый маневр — спешились и бесшумно, расходясь в стороны, стали придвигаться к Дроту, темным бугром видневшемуся у близкого горизонта. Олега толкнули в бок — спешивайся. Он повиновался и двинулся вперед, подгоняемый стражами, тенями скользящими следом.

Эти километры тянулись бесконечно. Олег шагал, рассчитывая каждый шаг — приходилось прятаться, соблюдая скрытость маневра, — и с каждым шагом все больше мрачнел — он начинал понимать, какую трудную задачу ему предстояло решить. В бою, в суматохе, в полутьме — так придется объясняться с посланником, да еще с этим, непонятно жестоким.

Темнело медленно. Расщепленный Дрот приближался; до него оставалось каких-нибудь сто шагов. Олег наконец разглядел, что белело слева от его черного ствола — треугольник, похожий на шатер; холодный ветер слегка колебал его. Действительно, шатер, значит, здесь кого-то ждали.

Внезапно раздался пронзительный свист. Олег замер, пригнувшись: что-то не так, понял он. Справа, слева раздался звон мечей — нападение. Олег быстро огляделся — из троих стражей двое, обнажив клинки, встали по обе стороны от него, шагах в десяти, третий же подошел совсем близко, держа руку за спиной. Вспыхнувший бой разгорался; крики и ругань, стоны и дикий рев сигнальных труб — Олег стоял, не шевелясь, откровенно растерявшись.

Сражения такого масштаба он не ожидал.

Шум слева внезапно поутих; пять человек с обнаженными мечами прорвались и стремительно приближались. Левый стражник попятился — с пятерыми не сладить! — а стоявший позади быстро шагнул вперед и схватил Олега за шиворот.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дипломат особого назначения

Похожие книги

Адское пламя
Адское пламя

Харри Маллер, опытный агент спецслужб, исчезает во время выполнения секретного задания. И вскоре в полицию звонит неизвестный и сообщает, где найти его тело…Расследование этого убийства поручено бывшему полицейскому, а теперь — сотруднику Антитеррористической оперативной группы Джону Кори и его жене Кейт, агенту ФБР.С чего начать? Конечно, с клуба «Кастер-Хилл», за членами которого и было поручено следить Харри.Но в «Кастер-Хилле» собираются отнюдь не мафиози и наркодилеры, а самые богатые и влиятельные люди!Почему этот клуб привлек внимание спецслужб?И что мог узнать Маллер о его респектабельных членах?Пытаясь понять, кто и почему заставил навеки замолчать их коллегу, Джон и Кейт проникают в «Кастер-Хилл», еще не зная, что им предстоит раскрыть самую опасную тайну сильных мира сего…

Иван Антонович Ефремов , Геннадий Мартович Прашкевич , Нельсон ДеМилль , Нельсон Демилль

Детективы / Триллер / Фантастика / Научная Фантастика / Триллеры
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези