Что такое хорошо? И что такое плохо?

Сегодня все слова приобретают иной смысл. В ее «гордости» нет ни грамма силикона, радостно сообщает газета о бюсте поп-дивы Семенович[61]. Порнографический фильм называют смелым экспериментом. Повесть об извращенцах называют откровенным повествованием. Вот каковы гордость, смелость, откровенность нынешней эпохи. Зато понятие «героизм» заменяют другим словом: «геройствовать». «Не надо геройствовать», — говорит персонаж фильма «Бумер-2», «Не надо глупого геройства», — вторит ему персонаж «Гарри Поттера». Вообще, словосочетание «глупое геройство» превратилось в устойчивый оборот современного языка.

Сегодня начался процесс подмены понятий: проповедуется патриотизм, но Родина понимается лишь как место получения дохода; провозглашается принципиальность, но по пустякам; восхваляется любовь, но вместе с этим считается, что она может сочетаться с беспорядочными изменами — как говорят, «левак укрепляет брак». Еще Лихтенберг заметил, что наиболее опасна не ложь в чистом виде, а смесь лжи с правдой — она лучше усваивается человеком и поэтому быстрее его развращает.

Происходит размывание всей структуры ценностей общества — этот процесс еще называют явлением мозаичной культуры. Суть его состоит в том, что разрушается общая иерархия ценностей, вследствие чего ценности, имеющие важное социальное значение, приравниваются к малозначимым. Человек, удачно ограбивший банк, оценивается одинаково с человеком, написавшим удачную книгу. Культурист не менее значим, чем политик. Половой извращенец так же защищен государством, как и нормальный человек. Более того, во всех без исключения современных фильмах человек, борющийся с извращенцами, — это сумасшедший с кучей комплексов. Человек в таком обществе перестает понимать, что хорошо и что плохо, кем стать — культуристом, политиком, грабителем банков или извращенцем.

«С середины XIX столетия мы переживаем кризис мировоззрения. Нам больше не удается прийти к концепции универсума, которая позволила бы познать смысл существования человека и человечества и, следовательно, содержала бы идеалы, вытекающие из разумного мир - и жизнеутверждения и этического желания. Все больше и больше мы скатываемся к состоянию, характеризующемуся отсутствием мировоззрения. Отсутствие же мировоззрения предопределяет и отсутствие культуры»[62].

Сколько будет дважды два?

Когда нам в СССР говорили, что большинство американских школьников думают, что СССР граничит с Мексикой, мы думали, что это пропаганда, а теперь мы узнаем результаты опросов выпускников элитных колледжей, большинство из которых не знают, когда и между кем была гражданская война в США[63], то приходит осознание, что про русско-мексиканскую границу нам говорили правду.

Самое прискорбное заключается даже не факте незнания, а в тенденции развития: так, Washington ProFile сообщает печальные новости об образовании в США. Американская федерация учителей информирует о том, что уровень знаний школьников в области истории страны упал с 17 % (показатель двухлетней давности) до 11 % в прошлом году. Мониторинг, произведенный среди учеников 8-х классов американских школ, показал, что большинство подростков понятия не имеют даже о том, какие страны участвовали во Второй мировой войне. В американских учебниках существует огромное количество неточностей и ошибок. Со страниц одного из учебников сообщалось, что первая атомная бомба была сброшена на Корею, а не на Японию. Но верхом невежества можно признать такую цитату: «Наполеон выиграл битву при Ватерлоо». В связи с тем, что во многих учебниках личное мнение авторов излагается как «истина в высшей инстанции», а также в связи со многими иными проблемами. Американские специалисты в области образования среди прочих способов борьбы с ошибками предлагают и следующий, весьма оригинальный: вовсе отказаться от учебников по истории государства[64].