Читаем Заговор самоубийц полностью

При этом Новосадову хватило ума вести себя очень осторожно, и с виду он мог считаться примерным сотрудником МВД. Не пьет, не курит, занимается спортом сам и призывает к тому же других, не выскочка. Пусть звезд с неба по служебной линии не хватает, как говорится, «крепкий середнячок», зато скромный.

Подробности выяснились только в ходе расследования. За этой личиной скрывался умный, хладнокровный, расчетливый убийца с очень специфическим видением жизни. В его банде было семь человек, и все, по старинному выражению, «ходили в его воле».

На то были причины. Скажем, Евсюкова он «поймал» на простенькую наживку: «Роман, хватит уже жить бедно. У тебя машина, иди ко мне, вместе что-нибудь придумаем». Большакова же ему удалось подловить, когда тот незаконно прикрыл дело одного своего приятеля. Новосадов об этом узнал и путем шантажа заставил себе повиноваться. Но помимо этих классических приемов было и еще кое-что. То, что делало главаря банды особо опасным.

«Человек властолюбивый и честолюбивый, он умел и любил подчинять себе других, в том числе и своих соучастников, — рассказывает Снежанна Колобова, в 2010–2011 годах следователь по особо важным делам первого управления Следственного управления СК РФ по Московской области. — Он занимался восточной философией, восточными единоборствами, изучал литературу по психологии — при обыске у него обнаружили книги по управлению человеческим сознанием, по оккультным практикам…»

В банде была железная дисциплина. Алкоголь исключался. Инструктажи Новосадов проводил у себя дома. Там же хранил и перед каждым делом выдавал оружие. После налета имел привычку выворачивать у своих «коллег» карманы, проверяя, не утаили ли чего. Жестокость преступлений была деловитой и расчетливой — всегда предполагалось, что людей надо убрать. Это давало дополнительный эффект — Новосадова боялись. И ему это нравилось. Со временем он уверовал в собственную силу и неуязвимость до такой степени, что, зная о задержании своего подельника Румянцева, даже не подумал скрываться: «У меня своя религия! Миром правит сила мысли!»

Подельники рассказали о Новосадове любопытный факт — в юношестве он примкнул к сатанистам. «Возможно, отсюда такая жестокость преступлений, — говорит Гришин. — Но Бог его все-таки наказал!»

В 2015 году приговором судьи Московского областного суда членам банды назначено наказание от одиннадцати до девятнадцати лет лишения свободы. Также они лишены воинских званий — майора и лейтенанта милиции. Двое членов банды — граждане Таджикистана — скрылись и до сих пор находятся в международном розыске.

2020

Симфонический детектив

В середине 1980-х годов я окончательно перебрался в Москву и поселился у своего старинного друга — именитого пианиста Виктора Бунина, сына известного композитора, лауреата Сталинской премии Владимира Бунина. Благодаря Виктору мне довелось общаться со знаменитыми советскими музыкантами. В их числе был и Георгий Васильевич Свиридов. Увы, прошло уже восемнадцать лет, как не стало этого гениального русского композитора. Уже после смерти Свиридова я познакомился с его племянником, президентом Национального Свиридовского фонда Александром Сергеевичем Белоненко. Во время очередной нашей встречи он выразил радость по поводу положительных перемен в отношении чествования столетнего юбилея Георгия Свиридова, и мы вспомнили одну «детективную» историю, о которой мне ранее рассказывали музыковеды — исследователи творчества этого композитора.

И ударили громогласно литавры. Изо всех сил помчались следом скрипки, а потом вступили и флейты с кларнетами… Мощный хор валторн за ними. На этом фоне запела труба…

Музыка заполнила собой все пространство. Потрясенные души слушателей живо отозвались на волшебную силу музыки великого Свиридова…

Но внезапно все стихло.

Сам Евгений Светланов, величайший дирижер современности, непревзойденный знаток русской музыки, обескураживающе объяснил: «Боюсь, сделать здесь почти ничего нельзя. По крайней мере, я за это не возьмусь».

Перейти на страницу:

Все книги серии Острые грани истории

«Паралитики власти» и «эпилептики революции»
«Паралитики власти» и «эпилептики революции»

Очередной том исторических расследований Александра Звягинцева переносит нас во времена Российской Империи: читатель окажется свидетелем возникновения и становления отечественной системы власти и управления при Петре Первом, деятельности Павла Ягужинского и Гавриила Державина и кризиса монархии во времена Петра Столыпина и Ивана Щегловитова, чьи слова о «неохотной борьбе паралитиков власти с эпилептиками революции» оказались для своей эпохи ключевым, но проигнорированным предостережением.Как и во всех книгах серии, материал отличается максимальной полнотой и объективностью, а портреты исторических личностей, будь то представители власти или оппозиционеры (такие как Иван Каляев и Вера Засулич), представлены во всей их сложности и противоречивости…

Александр Григорьевич Звягинцев

Биографии и Мемуары

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
100 великих казней
100 великих казней

В широком смысле казнь является высшей мерой наказания. Казни могли быть как относительно легкими, когда жертва умирала мгновенно, так и мучительными, рассчитанными на долгие страдания. Во все века казни были самым надежным средством подавления и террора. Правда, известны примеры, когда пришедшие к власти милосердные правители на протяжении долгих лет не казнили преступников.Часто казни превращались в своего рода зрелища, собиравшие толпы зрителей. На этих кровавых спектаклях важна была буквально каждая деталь: происхождение преступника, его былые заслуги, тяжесть вины и т.д.О самых знаменитых казнях в истории человечества рассказывает очередная книга серии.

Леонид Иванович Зданович , Елена Николаевна Авадяева , Елена Н Авадяева , Леонид И Зданович

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии