Читаем Забияка полностью

– Но она больше не похожа на ту беззаботную красавицу, которой была раньше. Я навещал их пару дней тому назад, и увидел на диво упорную спецназовку.

– И чем она занимается? - Вскинул массивную бровь Терентий.

– Целыми сутками кидает ножи в огромный деревянный круг. Ее супруг себе места не находит. А ты разве об этом не знаешь?

– Нет, - как-то даже обиженно покачал головой верховный волхв Валаама. - Зевул мне ни о чем не говорил. И пусть пеняет на себя! Владимир! Вот тебе две индульгенции, на Велю и на Зевула, с разрешением действовать на другой стороне Земли.

– Ты не переборщил с полномочиями, друг Терентий? - Покосился на один из свитков некромант.

Какое-то время Терентий изучал свое творение.

– Я доверяю Веле, - наконец, сказал верховный. - И, потом, она ведь суккуб, не забывай.

– Да… любые ее действия на той стороне Земли будут незаконными, и только такая индульгенция сможет ей развязать руки, - поморщился Владимир. - Наверное, ты прав. Просто я стал чересчур осторожным в последнее время…

Он хотел что-то сказать еще, но Терентий к чему-то прислушался, и вскочил со своего места:

– Есть, с кем передать? - Воззрился он на некроманта. - Нет? Отдай обратно. Я сам пошлю гонца, через него передам поручение. Все. До встречи, ребята.

И он исчез, забрав с собой огромное кресло и чуть повышенную влажность. Какое-то время волхвы сидели в глубочайшей задумчивости.

– Ну что, расходимся, друзья? - Наконец, спросил некромант.

– Расходимся. Все, что мы могли сделать на этот момент, мы уже сделали.

– Да уж. Я бы и рад сделать больше, но… - сказал Владимир, и грустно посмотрел на меня: - Но за меня это сделают другие, а я буду стеречь ход. Ты уж побереги себя, Лиса. И ты, Борилий, береги. Времена настают не самые беззаботные.

Волхвы обнялись. Я смотрела них, охраняющих Заповедник, и думала. О том, что защитников у нашего мира не так уж и много. Но, если думаться, то не так уж и мало.

* * *

По возвращении мы обнаружили, что домовых в избушке начальства прибыло. Гоша и Тоша, сверкая глазами, звучно шлепали картами по столу. Шуша, уютно расположившись в моем любимом кресле, потягивал молоко из сахарницы. Усатая морда с полуприкрытыми веками являла собой образец вечного блаженства. За ним, на струганной скамейке, укрывшись синим ватником (явно техногенного пошива), спал человек.

– Матвей! - Было кинулось к нему начальство, но остановилось на полпути. Оглядело гоп-компанию: - Ну вы, ребята, и обнаглели! Это по какому же праву?

– Шуша к нам прибыл, хозяин, - чуть подрастерял азарт Гоша. - Селиться собирается.

– Так что же ты старшему друиду ничего не сказал? - Постарался скрыть лазоревую радость за строгим голосом волхв. - Наверняка, уже сейчас избушка была бы готова!

– А вы меня сами наказали, забыли? - Шкодливо оскалилась мелкая нечисть. - Ну как? Разрешаете выйти?

– Никак нет, - издевательски ответил волхв. - Лиса, будь так добра, позови мне старшего друида.

– Хорошо. Тем паче, что я сама собиралась посмотреть, как там поживает дедушка Глеб.

– Уговорила! Иду с тобой. И, Шуша, - повернулся волхв к млеющему от сладкой жизни домовому. - Присмотри за малышней, ладно?

И, не глянув в сторону вытянувшейся мордахи Гоши, вышел из комнаты. Я подмигнула домовому, и направилась за начальством.

Догнала я волхва уже на крыльце. Он стоял, задрав голову вверх. Смотрел на падающие снежинки.

– Он все же вернулся, Лиса, - сказал, когда я подошла. - Он все же вернулся. Жаль только, что времени на нормальную жизнь у него осталось мало.

– На что времени не осталось? Он что, болен?

– Нет, - покачал головой волхв.

– А тогда, почему?

– Пошли, Лиса, - не ответил Борис Иванович на мой вопрос. - Пошли. Навестим старину Глеба.

Он не стал телепортироваться. Не стал и идти по дорожке, которую еще не успело замести как следует снегом. Пошел напрямик через огромную поляну. Я потопала за ним, стараясь попадать в след в след. Фонари, стоявшие по краям поляны, светили мягким желтоватым светом, с неба продолжал падать снег. Скоро я вошла в некое подобие транса, и, единственное, что имело смысл для меня - как бы поточнее наступить в отпечаток подошвы ботинка моего провожатого. Так и получилось, что, когда тот резко остановился, я чуть было не впечаталась в него носом.

– Знаешь, Лиса? - Повернулся волхв ко мне.

Глаза его переливались всеми цветами радуги. В них была и непроглядная темень, и зелень счастья, и еще много различных оттенков. Я потерялась - не знала, что ответить.

– Я думаю, наш мир катится к концу.

– Почему вы так решили?! - Оторопела я. - Из-за ежей? Их была всего сотня, и те сдохли!

– Эти сдохли - новые появятся, - оптимистично ответило начальство.

Мне не хотелось говорить на эту тему - я боялась думать о том, что портал до сих пор не закрыт, и что металлист, возможно, с каждым часом разочаровывается во мне, не спешащей ему на помощь. Поэтому я задала совсем другой вопрос:

– И что вы решаете для себя в такой ситуации?