Читаем Забияка полностью

– Это ты не по адресу обратилась, - смущенно ответил он. - Старина Борилий у нас является мощнейшим специалистом в этой области.

– Борис Иванович, колитесь.

– Ну, смотри, сама напросилась, - как мне показалось, с угрозой в голосе ответило начальство. - Первое, что напрашивается на ум, это десять заповедей: не злобствуйте, не прелюбодействуйте, смиряйтесь, кайтесь, и будет вам счастье.

Я растерянно посмотрела на Терентия: рассуждение начальства смахивало на шутку. Но тот с совершенно серьезным видом произнес:

– Волхва Борилия надо слушать. Он у нас - самый умный.

– А как же святая инквизиция? - Немедленно прорезался мой дух противоречия. - Она-то каким боком вписывается в эту картину "не злобствования"?

Я думала, что Борис Иванович мне не ответит. Точнее, скажет, что еще мала, и не доросла мозгами до понимания нужности божественной резни во имя блага всего человечества.

Но тот лишь вздохнул:

– Тебе какую версию?

– Обе, - мрачно ответила я. - Или у вас их куда больше?

– Вообще-то, их много. Но все они так или иначе сводятся к двум. Согласно первой версии, Иисус Христос был реальной исторической фигурой, и проповедовал "не убий, не суди, не укради", и тому подобные вечные истины.

– А согласно второй?

– Его не было.

– И в какую из версий вписывается святая инквизиция?

– В обе, Лиса. В обе.

– ?

– Смотри, как все просто. Сперва допустим, что Иисуса не было. Получим, что какие-то ловкие казуисты сперва завоевывали себе, как сейчас модно говорить, электорат, проповедуя смирение и покаяние. И, преумножив свои ряды и почувствовав силу, они принялись завоевывать остальной мир огнем и мечом. Если кто-то и возражал, против, так скажем, нововведений, его быстренько обвиняли в еретичестве и устраняли.

Я хотела было возразить - мол, это все притянуто за уши и бесчеловечно. Но потом вспомнила о делах не столь давно минувших дней, о построении коммунизма в России, о печально известном тридцать седьмом годе, и все мои возражения так и не прозвучали. Однако, вопрос у меня еще оставался.

– А если Иисус был?

– То же самое. Но сначала все-таки было учение, причем во имя спасения человечества, а потом уже завоевание электората. Сперва смирением, а затем - огнем и мечом. Так, Терентий?

Верховный волхв пожал плечами, и согласно кивнул головой - вот и трактуй его, как хочешь. Да и не хотелось мне спорить, если честно. У меня у самой инквизиция не вызывала никаких чувств, кроме ненависти и острого желания двинуть "святым инквизиторам", да побольнее. И мне в такие моменты было очень жаль, что я не могу до них, давным-давно усопших, дотянуться. А поэтому я вообще не стала думать на эту тему. Оставалось только один нерешенный вопрос:

– Хорошо, вы правы. Но. Я-то не Иисус. Почему Судья обратился именно ко мне? Я не тот человек. Я грешна, как сто грешниц. Я…

– Лиса, остынь, - прервал поток моих откровений Борис Иванович.

– Жаль, - начали опускаться брови Владимира. - Так интересно, а ты прерываешь! Оказывается, живя в отшельничестве, так много пропускаешь!

Волхв устало посмотрел на некроманта: мол, и ты туда же.

– Успокойся, ради всех оборотней, Лиса. Ты ни в коем случае не похожа на "сына Божьего". Просто…

– Просто у меня "плохая карма"? - Угадала я мысли наставника.

– Что-то в этом роде.

– И не только у тебя, Лиса! - Помрачнел Терентий. - Не только у тебя. Чует мое сердце, РПЦ еще даст мне прикурить! А поэтому…

– А поэтому нам надо что-то решить с призраком Велимира, пока мы все в сборе, - договорил за него волхв Борилий. - Иначе, этот негодяй найдет замену погибшему магу.

Волхвы склонили головы, и тихонько загудели - решали, кому из некромантов доверить важное поручение. А я думала - почему в том тоннеле скапливались "ежи"? Что в нем было особенного - кроме того, что он находился на территории, не подвластной Смотрителю?

– Не знаю, Лиса, оторвался от обсуждения некромантских кандидатур Борис Иванович. - Мне на ум приходит пещера Тролля. Больше догадок у меня нет. Не смотри на меня так - я знаю, что тебе Тролль кажется любящим людей трусом. А вот лично я еще не составил своего мнения на его счет. И, потом, мне показалось странным то, что он так настойчивопросил вас прогуляться по его дому.

И, внеся смятение в мою душу, начальство вернулось к обсуждению кандидатур. Его друзья как раз занимались сетованием на тему о том, что Владимир не может отлучиться из дома волхва Глеба. И что по знаниям и умениям ему не уступает только один некромант. Зевул.

– Этот добряк? У него не хватит мотивации, - покачал головой Терентий. - Ты что-то хочешь сказать, Борилий? Твои пальцы выдают твою умственную активность.

– Может хватить, - тут же прекратил барабанить по столу мой наставник. - Я имею в виду, мотивации у Зевула может хватить.

– Вот как? - Удивился Верховный. - Почему ты так уверен?

– Я еще не уверен, - покачал головой Борис Иванович. - Но, теперь, когда жизнь волхва Глеба подходит к концу, многое может измениться.

– Веля! - Ахнула я. - Что с ней?

– Держится, - коротко ответил мой наставник. - Но…

– Но?