Читаем Забияка полностью

– Это невозможно, - побледнел и без того не румяный некромант.

– В подземелье, - заторопилась уточнить я, опасаясь, как бы Владимира не хватил инфаркт. - Туда Смотрителю вход воспрещен.

– Как это, воспрещен? Кем?

– Троллем.

Оба волхва, темный и природный с недоумением уставились друг на друга, и синхронно пожали плечами. А я в очередной раз удивилась себе - оказывается, я забыла донести до начальства то, что Снеговики не могли войти на территорию подземной обсерватории.

– Лиса, - сказал мне некромант ласковым голосом. - Обычный тролль не может что-то запретить Смотрителю. Ты что-то напутала.

– Значит, Смотрителю это что-то запрещено его дурацкими правилами, - заупрямилась я. - Может, на той территории жил какой-нибудь мудрый дракон? Или еще кто-нибудь?

– Ох-хо-хо… Владимир, дружище, табаком не разуважишь?

Некромант нехотя поднялся из-за стола, и отправился куда-то за стенку. То, как он шарил (с тихими ругательствами, можно подумать, нам их было очень трудно услышать!) обеспечило мне желанную дозу позитива.

– А где Тоша? - Вспомнила я, когда табак был еще не найден, а крепкие выражения пошли по второму кругу, и, тем самым, стали не настолько смешны.

– У меня дома, - улыбалось начальство. - Его Гоша пригласил пожить, пожалел бедолагу.

– А что такое?

– Они некромантов боятся все, как один. Забыла?

И впрямь.

– А почему я его не видела?

– Впал во временную спячку. Он… А вот и Владимир! Нашел табак? Ура! Давай сюда!

– Новой трубки нет.

– Давай старую.

– А не боишься?

– Она будет послушной, - жадно схватился Борис Иванович за личную вещь волхва Глеба. - Мы большими друзьями были!

– Как знаешь…

Ну, дружественной - не дружественной, но из рук волхва она не вырывалась. Правда, после нее у волхва почему-то не получались его фирменные колечки, а в остальном она вполне подходила для успешного курения.

– Так что ты там говорила о Тролле? - Пыхнул сгустком дыма Борис Иванович.

– Он не взял у меня индульгенцию, сказал, что она мне еще понадобится, - рассказала я о поразившем меня в самое сердце поступке гигантской каменюки.

– Ну, это как раз поступок в духе троллей, - выдохнуло начальство кривую морскую звезду. - Что-нибудь еще?

– Он испугался "ежей", и удрал со своим любимцем… Нет! Память просматривать не дам, - приготовилась я открыть телепорт. - И не просите.

– Что, настолько все плохо? - Погас стальной блеск познания в глазах начальства.

– Хуже.

– Тогда подождем Терентия, - покладисто ответил Борис Иванович. - У него очень мягкий способ просмотра памяти. Тебе понравится. Кстати, где это он?

– Он, вообще-то, уже давно должен был быть здесь, - бросил некромант взгляд на резные стенные часы.

– Опаздывает? Странно.

– Может, у него дела? - Вклинилась я в беседу наставников.

– У него всегда дела, - отрезало начальство. - Именно поэтому верховный волхв пунктуален, что твой дракон - иначе, с таким графиком, как у него, совсем с катушек съедешь.

– С чего-чего? - Удивленно приподнял Владимир густую черную бровь.

– Забей. Выражение такое.

– Что забить?

Борис Иванович глубоко вздохнул. Некромант глядел на него с каким-то нездоровым с любопытством:

– Это ты в своем Заповеднике приобрел такую цветастость речи?

– И там тоже, - пожал плечами Борис Иванович. - А вот, кстати, и он.

"Северный олень", - не удержалась я от ментального ляпа.

Оба волхва стрельнули глазами в мою сторону.

Конечно же, это был не олень, но Терентий - только его телепорт навевал воспоминания о бескрайнем море, соленых брызгах и шторме. В этот раз - десятибалльном.

– Здравия желаю всей честной компании, сердито пробасил верховный волхв Валаама. - Что у вас интересного? - Подобрал Терентий полы рясы, водрузился на скамью всеми своими немереными килограммами. - Хотя, нет, сначала чаю. Из валерьянки!

– Настолько тяжело? - Приподнял бровь Владимир.

– Хуже!

– Неужели РПЦ?

– Она, - поморщился верховный волхв. - Не желает входить в наше положение с беглыми денебцами.

– Какие еще беглые денебцы? - Встряла я в разговор старших. - Опять политические заключенные?

– Нет. Несколько часов тому назад на Огненной поменялась власть, - поморщился Терентий. - В очень плохую сторону. Для нас, - уточнил он.

– А Штирлиц? И Илана?

– Лилипут-то? Сбежала. И полковник внешней разведки, Штирлиц, как ты выражаешься, тоже. В настоящий момент они ожидают меня на Валааме, нервируют моего домового своим раскаленным присутствием.

– Они одни? - Быстро спросил Борис Иванович.

– Нет, - расцвел улыбкой Терентий. - Их горячий правитель тоже у меня.

– И все?

– С ними еще три десятков денебцев.

– В крайнем случае, этого хватит.

– О-хо-хо… Будем надеяться, что нам не придется прибегать к ТАКИМ мерам.

Волхвы как-то синхронно помрачнели и закивали головами. Мне стало не по себе:

– А что такое с этими денебцами? Какие еще меры?

– Не знаешь, - сурово посмотрело на меня начальство. - И не знай.

"Ну и пожалуйста!" - немедленно надулась я. Скрестила руки на груди. - "Сами позвали, секретничают, а мне ничего не говорят!"