Читаем Забавы Палача полностью

— Дело тут вовсе не в них самих, — ответил Килмара, — а в их семьях, окружении и тому подобном. К примеру, среди этих семнадцати дракеровских питомцев есть отпрыск королевского рода из Саудовской Аравии — а подобных бездельников по всему миру слоняются тысячи, — мальчишка из клана Кеннеди, двое детей итальянского министра иностранных дел, сынок японского автомобильного магната… В общем, суть ты понял.

— А как насчет Рудольфа фон Граффенлауба и той девушки, Тони Хоффман?

— В нашей примитивной компьютерной системе — ничего, — сказал Килмара. — Но это ровным счетом ничего не значит. Классификация ведь довольно грубая. О том, кто может стать террористом или мишенью для преступников, очень часто судят, исходя из личного мнения. Мало того — учти, что мода у террористов все время меняется. То они нападают на политиков, а то — на бизнесменов. Потом может наступить очередь мусорщиков или беременных женщин. Все как в шоу-бизнесе. Сказывается влияние прессы и телевидения.

— Ну ладно, поставили вы эти буковки, “ВМ”, а дальше что?

— Дальше, — сказал Килмара, — если кто-нибудь из них утонет в городском бассейне, мы спустим оттуда воду немного быстрее, а там уж как повезет. Вообще-то все это чепуха, правительственная уступка средствам массовой информации. Бюрократы, как они говорят, “принимают все меры предосторожности”, чтобы в случае чего прикрыть свою задницу.

— Ты всегда такой циник, — спросил Фицдуэйн, — или тебе сегодня суп пересолили?

Килмара притушил огонек зажигалки и стал раскуривать трубку. Достигнув успеха, он поднялся со стула и подошел к белой доске на стене. Потом взял специальный черный фломастер и начал писать.

— Тебе кажется странным, Хьюго, что мы делаем так мало? Ну что ж, разреши продемонстрировать тебе несколько цифр. Они не слишком точные, но смысл ты уловишь, и те же соотношения верны для большинства других западноевропейских стран. На три с половиной миллиона жителей Ирландии приходится около десяти тысяч полицейских. Они работают в любое время суток, и помимо того, чтобы охранять людей от террористов, у них есть уйма других обязанностей, а потому максимальное количество полисменов, которых можно в случае ЧП оторвать от рутинной работы, составляет примерно тысячу, да и то если собирать их со всей Ирландии. А когда времени мало, эта цифра еще ниже. В критические моменты внутренняя безопасность страны обеспечивается всего лишь какими-нибудь несколькими сотнями человек — тут есть над чем призадуматься.

— Итак, на имеющиеся в наличии ресурсы — об армии я сейчас для простоты не говорю, — мы имеем больше восьми тысяч персон из разряда “ВМ” или выше, — продолжал Килмара, — и не забудь, что пометка “ВМ” достаточно условна. По-хорошему это число надо бы утроить. Далее, чтобы обеспечить надежную безопасность одного человека, необходимо приставить к нему шестерых профессионалов. Это значит, что нам нужно как минимум сорок восемь тысяч тренированных охранников. У нас их нет. Мы не можем позволить себе такую роскошь. На самом деле она не очень-то и нужна. Как я уже упоминал, террористских нападений не так уж много — как раз столько, чтобы мы с Гюнтером и нам подобные могли спокойно почитывать книжки и сосать из бюджета деньги.

— Да будет так, — сказал Гюнтер. Он захлопнул “Винни-Пуха”, которого читал все это время. — Прекрасная книга, — сказал он. — Ни секса, ни насилия. Попади я на Пухову Опушку, мне там и заняться было бы нечем.

— Помолчи и налей себе выпить, — сказал Килмара, — да не мешай нам. Сейчас мы попробуем извлечь что-нибудь полезное из загадочного послания наших висбаденских друзей.

— Висбаденских? — спросил Фицдуэйн. — А Висбаден-то здесь при чем?

Килмара открыл верхний ящик стола и достал оттуда свой служебный пистолет. С некоторым облегчением Фицдуэйн заметил, что оружие стоит на предохранителе.

Килмара помахал пистолетом.

— Все считают, что это основное средство в борьбе против террористов. А вот и нет. — Он швырнул оружие обратно в ящик и с грохотом задвинул его. — Конечно, стрельба тоже иногда помогает, но важнее всего для нас разведка, а разведке в наши дни не обойтись без компьютеров.

Он поглядел в другой конец комнаты, на Гюнтера.

— Расскажи ему, Гюнтер. Это твой конек, и речь идет о твоей родине.

— В Висбадене расположен штаб Bundeskriminalamt, или БКА, — федерального ведомства уголовной полиции, — сказал Гюнтер. — БКА — это, грубо говоря, немецкий аналог ФБР. В его ведении находится борьба с терроризмом, а мое бывшее подразделение — ГШГ-9 — занимается захватом бандитов, когда они уже обнаружены и их личность установлена. В БКА здорово научились выслеживать террористов, и один из секретов их успеха — висбаденский компьютер, — он ухмыльнулся, — известный также под кличкой “Комиссар”.