Читаем За столом с Булгаковым полностью

Сварить кофе, как указано выше, перелить в кастрюлю, добавить такое же количество молока, положить сахар и довести до кипения. После этого разлить в кофейные чашки или стаканы, положить в каждый стакан или чашку горячую молочную пенку и подать.

Но если даже автор книги 1892 года пишет, что в кофе часто подмешивают другие зерна, то в революционные годы фальсификация продуктов, в том числе и кофе, приобрела невиданные размеры. Иногда она была добросовестной, то есть производители честно писали на пачках «Ячменный кофе» или, к примеру, «Овсяный», но чаще можно было купить подделку, не ведая о том.

В книге инженера-технолога М. Михайлова «Фальсификация важнейших пищевых продуктов», вышедшей в 1918 году, о кофе написано следующее: «Зерна кофе, как таковые, трудно подделать, хотя фабриканты умудряются подмешивать искусственно сделанный зерна из хлебного теста или молотых оливковых косточек. При внимательном рассмотрении такой фальсификат легко обнаружить, гораздо труднее борьба с подкрашиванием плохих сортов кофе с целью придать ему вид кофе высокого качества.

Кофе подкрашивают свинцом, для чего зерна помещают в особые барабаны вместе с свинцовой дробью. При вращении такого барабана на горизонтальной оси свинец механическим путем обволакивает зерна кофе тонким слоем металла, и кофе получает красивый вид настоящего мокко. Для определения свинца помещают подозрительный зерна в слабый раствор азотной кислоты (удельный вес 1,10) и оставляют их в растворе 1 час, затем разбавляют раствор тройным количеством воды и прибавляют незначительное количество сернистого водорода, – в присутствии свинца в растворе образуется черный осадок.

Зерна кофе подкрашивают и более сложным составом, а именно: краской, приготовленной из смеси берлинской лазури, хромово-кислой окиси свинца, глины и гипса. Такая смесь дает зеленую краску, которой довольно искусно получается характерный цвет зерен мокко…

Иногда зерна кофе подкрашивают раствором медного купороса, от такого окрашивания зерна приобретают синевато-зеленый цвет. Водный настой таких зерен от прибавления к нему слабого раствора железо-синеродистого калия получит светло-коричневую окраску.

Выше было сказано, что в зерна кофе подмешивают искусственно приготовленные зерна из мучного теста, по внешности они весьма хорошо подделаны под натуральные зерна. Если такие зерна измельчить, то получится порошок желтоватого цвета; при кипячении в воде искусственные зерна превращаются в клейкую массу, которая окрашивается в темно-синий цвет от прибавления к ней соды.

До сих пор мы рассматривали фальсификацию зерен кофе, теперь перейдем к практикующимся подделкам кофе жаренного и молотого. Здесь творчеству фальсификаторов предоставлено обширное поле деятельности. Кому неизвестны бесчисленные суррогаты кофе и какао, какие только продукты не выбрасываются на рынок под громкими названиями жженного кофе. Буквально все, что только можно жарить и молоть, попадает в оригинальные коробки с красивыми этикетами и часто по высоким ценам сходит у потребителя под видом кофе. Ничего нельзя иметь против того, когда таким суррогатам дается правильное название желудевого, бобового, ячменного, инжирного или другого кофе.

Но когда на коробке стоит надпись „Кофе“, а в коробке находится смесь перловой крупы, муки, торфа и цикория, – тогда имеем дело с настоящим фальсификатом; имеем дело с мошенничеством, карающимся законом.

По внешнему виду суррогаты кофе чрезвычайно похожи друг на друга: крупозернистый порошок темно-коричневого цвета горького вкуса. Самое важное для потребителя это то, что ни один из суррогатов кофе ничего общего не имеет с настоящим кофе, ибо во всех суррогатах отсутствует основное вещество кофе – кофеин.

Существует много способов отличить суррогат от настоящего кофе. Очень легко можно отличить суррогат, если взять щепотку испытуемого кофе, чуть-чуть смочить и катать между пальцами. Суррогат или смесь суррогата с настоящим кофе скатывается в шарик, тогда как чистый кофе всегда при такой манипуляции остается порошкообразным. Другой способ. Испытуемый кофе всыпают в стакан холодной воды и наблюдают за крупинками. Чистый кофе очень долго остается на поверхности воды, суррогат сейчас же погружается на дно.

Обычным подмесом в чистом кофе является цикорий. Надо сказать, что вообще без цикория не обходится ни один из суррогатов кофе…

Ранее было указано, что кофейный отвар по испарении дает 2 % сухого остатка, остаток этот отлично сопротивляется атмосферным агентам: так, например, остаток двое суток остается совершенно сухим. Если же кофе содержит в себе примесь цикория, то кофейный отвар и высушенный остаток через 2–3 часа делается мягким и клейким, а через сутки остаток делается совершенно сырым.

Цикорий хотя и считается суррогатом кофе, но и его подделывают; так, к цикорию очень часто подмешивают торф. Такую подмесь легко определить путем сжигания цикория. Если есть подмесь торфа, то его присутствие легко узнается по характерному противному запаху, свойственному торфу».

Перейти на страницу:

Все книги серии Российская кухня XIX века

За столом с Обломовым. Кухня Российской империи. Обеды повседневные и парадные. Для высшего света и бедноты. Русская кухня второй половины XIX века
За столом с Обломовым. Кухня Российской империи. Обеды повседневные и парадные. Для высшего света и бедноты. Русская кухня второй половины XIX века

Вторая половина XIX века была для России во многом переломным временем. Дворяне стояли на страже традиций старинной русской и высокой французской кухни. Купеческие семьи активно «прорывались» в высший свет, осваивая его меню и стремясь перещеголять дворян в роскоши и мотовстве. Фабричные и заводские рабочие нуждались в простой, дешевой и одновременно сытной пище. Все большее число людей разных сословий ездило за границу, привозя оттуда кулинарные новинки. Открывались фабрики по производству конфет, новые дорогие рестораны, чайные, кофейни и дешевые кухмистерские…Герой нашей книги Илья Ильич Обломов, как никто другой, умеет ценить простые радости – мягкий диван, покойный сон, удобный халат и конечно – вкусную еду. Мы узнаем, что подавали на завтраки домашние и торжественные, обеды повседневные и парадные, что ели на провинциальных застольях и что хранилось в погребке у «феи домоводства» Агафьи Матвеевны… В книге вы найдете огромное количество уникальных рецептов блюд, которые подавались в то время.

Елена Владимировна Первушина

Кулинария
За столом с Пушкиным. Чем угощали великого поэта. Любимые блюда, воспетые в стихах, высмеянные в письмах и эпиграммах. Русская кухня первой половины
За столом с Пушкиным. Чем угощали великого поэта. Любимые блюда, воспетые в стихах, высмеянные в письмах и эпиграммах. Русская кухня первой половины

Жизнь Пушкина, какой бы короткой она ни была и как бы трагически ни закончилась, стала для нас ключом ко всему XIX веку. Сквозь призму биографии легендарного русского поэта можно изучать многие проблемы, которые волновали его современников. Но Елена Первушина неожиданно обратилась не к теме творчества Александра Сергеевича, не к внутренней политике Российской империи, не к вопросам книгоиздания… Автор решила раскрыть читателям тему «Пушкин и кухня XIX века», и через нее мы сможем поближе узнать поэта и время, в которое он жил.В XIX веке дворянская кухня отличалась исключительным разнообразием. На нее значительно влияли мода и политика. В столичных ресторанах царила высокая французская кухня, а в дорожных трактирах приходилось перекусывать холодной телятиной и почитать за счастье, если тебе наливали горячих щей… Пушкин никогда не бывал за границей, но ему довелось немало постранствовать по России. О том, какими деликатесами его угощали, какие блюда он любил, а какие нет, какие воспел в стихах, а какие высмеял в письмах и эпиграммах, расскажет эта увлекательная книга. В ней вы найдете огромное количество уникальных рецептов блюд, которые подавались в пушкинское время.

Елена Владимировна Первушина

Кулинария
За столом с Чеховым. Что было на столе гениального писателя и героев его книг. Русская кухня XIX века
За столом с Чеховым. Что было на столе гениального писателя и героев его книг. Русская кухня XIX века

«Кто не придает должного значения питанию, не может считаться по-настоящему интеллигентным человеком», – говорил гений русской литературы А.П. Чехов. Он был великолепным рассказчиком и ценителем вкусной еды. Самым любимым блюдом писателя были караси в сметане: «Из рыб безгласных самая лучшая – это жареный карась…» Хлебосольство Антона Павловича доходило до страсти. За его обеденным столом всегда много людей и угощений, а еду в своих произведениях он описывает с особым трепетом: «…подавали соус из голубей, что-то из потрохов, жареного поросенка, утку, куропаток, цветную капусту, вареники, творог с молоком, кисель и, под конец, блинчики с вареньем». Некоторые строки невозможно читать, не захлебнувшись слюной: «Кулебяка должна быть аппетитная, бесстыдная, во всей своей наготе, чтоб соблазн был. <…> Станешь ее есть, а с нее масло, как слезы, начинка жирная, сочная, с яйцами, с потрохами, с луком…» А еще писатель обожал блины: «Как пекут блины? Неизвестно… Об этом узнает только отдаленное будущее…» В. Похлебкин отмечал, что Чехов делал кулинарный антураж составной частью своих пьес, и ему это удавалось. Купите эту интересную книгу, и вы получите удовольствие от чтения и прекрасной подборки рецептов того времени.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Елена Владимировна Первушина

Кулинария / Хобби и ремесла / История
За столом с Булгаковым
За столом с Булгаковым

Судьба Булгакова «сшивает» разлом между двумя эпохами, между Россией императорской и Россией советской. Ценность творчества Михаила Афанасьевича не в том, что он был летописцем своего време ни, а в том, что он писал для всех времен. Его произведения разобраны на цитаты, и многие из них именно кулинарные: «Осетрина второй свежести», «Не читайте советских газет перед обедом», «Ключница водку делала»… Произведения Булгакова помогают понять то сложное и полное противоречий время, в котором он жил. А документы того времени, порой не имеющие к творчеству Булгакова никакого отношения, например, кулинарные книги, помогают понять его произведения, погрузиться в их атмосферу. Булгаков был эстетом и знатоком гастрономических шедевров. Его привлекали сатирические и фантастические сюжеты, он так же легко, как и Гоголь, превращал повседневную жизнь в фантасмагорию, выявлял ее абсурдность. И одновременно он был певцом высоких радостей творчества и любви, дружной семьи, собирающейся за одним столом. А вот о том, что в те времена подавали на стол, читайте в этой удивительно интересной книге.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Елена Владимировна Первушина

Кулинария / Хобби и ремесла
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже