Читаем За далью — даль полностью

На хуторском глухом подворье,В тени обкуренных березСтояла кузница в Загорье,И при ней с рожденья рос.И отсвет жара горновогоПод закопченным потолком,И свежесть пола земляного,И запах дыма с деготьком —Привычны мне с тех пор, пожалуй,Как там, взойдя к отцу в обед,Мать на руках меня держала,Когда ей было двадцать лет…Я помню нашей наковальниВ лесной тиши сиротский звон,Такой усталый и печальныйПо вечерам, как будто онВещал вокруг о жизни трудной,О скудной выручкою днеВ той, небогатой, многолюдной,Негромкой нашей стороне.Где меж болот, кустов и лесаТерялись бойкие пути;Где мог бы все свое железоМужик под мышкой унести;Где был заказчик — гость случайный,Что к кузнецу раз в десять летХодил, как к доктору, от крайнейНужды, когда уж мочи нет.И этот голос наковальни,Да скрип мехов, да шум огняС далекой той поры начальнойВ ушах не молкнет у меня.Не молкнет память жизни бедной,Обидной, горькой и глухой,Пускай исчезнувшей бесследно,С отцом ушедшей на покой.И пусть она не повторится,Но я с нее свой начал путь,Я и добром, как говорится,Ее обязан помянуть.За все ребячьи впечатленья,Что в зрелый век с собой принес;За эту кузницу под теньюДымком обкуренных берез.На малой той частице светаБыла она для всех вокругТогдашним клубом, и газетой,И академией наук.И с топором отхожим плотник,И старый воин — грудь в крестах,И местный мученик — охотникС ружьишком ветхим на гвоздях;И землемер, и дьякон медный,И в блесках сбруи коновал,И скупщик лиха Ицка бедный, —И кто там только не бывал!Там был приют суждений ярыхО недалекой старине,О прежних выдумщиках — барах,Об ихней пище и вине;О загранице и России,О хлебных сказочных краях,О боге, о нечистой силе,О полководцах и царях;О нуждах мира волостного,Затменьях солнца и луны,О наставленья Льва ТолстогоИ притесненья от казны…Там человеческой природеОтрада редкая была —Побыть в охоту на народе,Забыть, что жизнь не весела.Сиди, пристроившись в прохладе,Чужой махоркою дыми,Кряхти, вздыхай — не скуки ради,А за компанию с людьми.И словно всяк — хозяин — барин,И ни к чему спешить домой…Но я особо благодаренТем дням за ранний навык мой.За то, что там ребенком малымПознал, какие чудесаТворит союз огня с металломВ согласье с волей кузнеца.Я видел в яви это диво,Как у него под молоткомРождалось все, чем пашут ниву,Корчуют лес и рубят дом.Я им гордился бесконечно,Я знал уже, что мастер могТем молотком своим кузнечнымСковать такой же молоток.Я знал не только понаслышке,Что труд его в большой чести,Что без железной кочедыжкиИ лаптя даже не сплести.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия