Читаем You Would Never Know (СИ) полностью

Гермиона резко крутанула головой.

- Откуда вы знаете?

- Вы взяли с собой портрет Финеаса. Он постоянно докладывал мне всё, что ему удавалось подглядеть и услышать из ваших разговоров. Иначе как бы я послал вам Патронуса.

- Я видела ваши воспоминания.

Снейп закатил глаза:

- Ну ещё бы.

- Вы запретили называть меня грязнокровкой. Почему? Какое вам дело? Малфой тысячи раз произносил это слово при вас, а вы ничего не говорили.

- Помолчите, мисс Грейнджер, либо скажите что-нибудь менее глупое.

Они снова молчали. Теперь намного дольше, чем раньше но как ни странно, никого из них это молчание не смущало. Гермионе казалось, что комфортнее молчать с кем-то, чем одной, а Северус просто не чувствовал себя одиноким. А молчание он любил всегда.

- Больше всего я ненавижу эту войну за смерть, - шёпот Гермионы почти не нарушил тишину.

- Без смертей никак.

- Фред, Римус, Тонкс. Даже маленький Колин Криви. Как их похоронили?

- Достойно. Римус и Нимфадора лежат в одном гробу.

Гермиона снова помолчала. А затем продолжила:

- Фред. Фред и Джордж. Они больше всех верили в победу. Они всегда вселяли в нас надежду. Своими шутками, всякими вещицами из их магазина. Даже простой улыбкой. Они никогда не отчаивались. Джордж потерял ухо, но это ни насколько не испортило его. Он оставался таким же Джорджем. А теперь Фреда нет. Его нет. Улыбнется ли Джордж ещё хоть раз? Придумает ли очередную шутку? Изготовит ли новый товар для магазина? Я не знаю. Но я бы все отдала за это. Они были одним целым. Кто теперь закончит за Джорджа фразу? Кто теперь прочитает его мысли лишь взглянув ему в глаза? Каково ему смотреть в зеркало и видеть там Фреда? - Гермиона посмотрела на Северуса полными слёз глазами, а он смотрел на неё всё время, пока она говорила, - Скажите мне, как?

Снейп молчал. Гермиона несколько минут тоже.

- Римус. И Тонкс. Как это отвратительно. Всё повторяется. Гарри потерял родителей. Обоих сразу. И Тедди. Вы знали, что у Римуса и Тонкс родился сын? Римус так отчаянно боролся со своей любовью. Не хотел обременять свою любимую. Он же оборотень. Но как же так, почему ему было невдомёк, что женщине, которая любит, всё равно, кто ты, как ты выглядишь. Даже на то, в кого ты превращаешься в полнолуние. Тонкс так любила его. А Римус утверждал, что он ей не пара. Возраст, оборотень, что ещё, он думал, может разлучить их? Тонкс доказала, что ничто их не разлучит. Она такая отважная. Пошла за ним в схватку, зная, что оба оттуда не вернутся. Я бы тоже пошла. И даже смерть их не разлучила. Она права, умереть вместе лучше, чем жить без него. Почему же война рушит такие прекрасные жизни?

Гермиона отчаянно старалась не заплакать. Она больше не хотела плакать при Северусе. Во-первых, не хотела быть слабой. Во-вторых, ему наверняка плевать на её слезы.

- Фред Уизли, - вдруг тихо, но так ясно, заговорил Снейп, - И Джордж. Сколько всего они наделали. Но признаться, ничего лучше и профессиональнее, чем болото, с которым Амбридж справиться не могла, я не встречал. Их “амортенция”, - Северус скривил губы, - такая глупость, но чуть ли не ежедневно слизеринцы приходили ко мне за противоядием. Я всегда знал, что их место не в школе. Просто ждал, когда это дойдет до них. У этих парней могло быть блестящее будущее в их области. Как жаль, что нельзя работать без половины себя, - Гермионе не верилось, что Северус может говорить такое, тем более ей, - Римус. Он был очень хорошим человеком. Если честно, я очень жалею, что не сказал ему это, когда мог. Было столько времени, но я не воспользовался ни одной возможностью просто сказать ему, что он настоящий мужчина, - Снейп хотел было упомянуть о том, что только один Римус никогда не сделал ему ничего плохого в школе, но решил этого не делать, - Что насчёт Тонкс, я считаю, вы заблуждаетесь, мисс Грейнджер. Он не хотел портить молодой и красивой девушке жизнь. Впусти он её в свою жизнь, с каждым днем будет всё сложнее выпустить. Придется жениться, но если любишь, зачем грузить её такой обузой. Рано или поздно она захочет ребёнка. Но как же она не понимает, что не нужен ей ребенок от оборотня.

- Профессор Снейп, вы меня извините, но это вы ни черта не понимаете, - Гермиона подняла голову выше обычного и, пока до неё не дошло осознание того, что она только что сказала, она продолжила: - Тонкс мучилась без него. Он - её единственная любовь. Ей было плевать, оборотень он, вампир, кто угодно! Будь он великаном, она вышла бы за него замуж. Мы не выбираем, в кого влюбиться. И выпускать из жизни не нужно. Римус потерял столько времени, которое мог бы провести с любимой женщиной. А все из-за собственных предрассудков. Вы бы видели его лицо, - Гермиона улыбнулась, - когда он сообщил о рождении сына. Это был самый счастливый момент его жизни.

- Он обрекал её на страдания.

- Нет, - Гермиона улыбнулась и покачала головой, - Он подарил ей лучшие дни её жизни.