Читаем White Malice полностью

Неясно также, передавал ли Имбри средства Лумумбе. Вплоть до последних двух недель перед провозглашением независимости Джон Д. Томлинсон, генеральный консул США в Леопольдвиле, придерживался мнения, что Лумумбу следует развивать. В телеграмме, направленной в Государственный департамент, Томлинсон утверждал, что "если не удастся сформировать правительство национального единства, включающее Лумумбу, наступит повсеместный хаос".

Лумумба, по его словам, должен быть включен в американские планы по созданию нового конголезского правительства: "Каким бы ненадежным и недостоверным ни был Лумумба, и несмотря на страх перед ним со стороны других лидеров, мы не видим на горизонте лучшей альтернативы, чем правительство, построенное вокруг него, предпочтительно правительство, включающее другие основные партии, с соответствующей долей в пироге". Он утверждал: "Если немедленно будут предоставлены средства в виде значительной финансовой помощи со стороны бельгийцев и нас самих вместе с нашей программой ICA - Администрацией международного сотрудничества (предшественницей до 1961 года Агентства международного развития), - то "есть все шансы сохранить такое правительство, разумно ориентированное на Запад".

Имбри описал процесс раздачи средств перспективным людям: "Итак, мы имеем дело со всеми этими людьми и раздаем им гроши. Это были не большие деньги. Мы раздавали деньги, чтобы они могли сформировать свои политические кадры, ездить по стране и говорить". Этот процесс требовал много поездок. Но это было несложно, - говорит Имбри, - потому что бельгийцы создали невероятную инфраструктуру между речным и автомобильным движением - не менее 50 000 миль асфальтированных дорог".

Еще одним преимуществом, которое оценил Имбри, была его тесная дружба с Клэр Хейс Тимберлейк, американским дипломатом, который прибыл после обретения Конго независимости, чтобы сменить Томлинсона. Его роль заключалась в том, что он был послом США; посольство заменило генеральное консульство после обретения независимости, поскольку Конго теперь было самоуправляемым государством.

Тимберлейк был назначен на должность 5 июля и вручил верительные грамоты 25 июля. Его заместителем главы миссии стал Робинсон "Роб" Макилвейн, который прибыл в Леопольдвиль 25 июня, за несколько дней до провозглашения независимости. "На тот момент у нас была куча людей", - говорит Эндрю Стейгман, сотрудник дипломатического корпуса. У нас было два офицера-политика. Мы получили атташе армии, флота и ВВС. Мы получили дополнительный персонал ЦРУ. Мы получили дополнительную административную помощь. Штат внезапно увеличился втрое".

Как и Имбри, Тимберлейк был одаренным лингвистом: он владел арабским, французским, немецким, итальянским, португальским и испанским языками. Он поступил на дипломатическую службу в 1930 году, и его служба включала пребывание в Испании во время Гражданской войны, когда он служил в консульстве США в националистическом порту Виго. Сразу после окончания Второй мировой войны он занимал должность помощника начальника, а затем начальника отдела по делам Африки в Государственном департаменте. В 1948 году Тимберлейк был направлен в качестве консула США в Бомбей, где познакомился с Имбри; Тимберлейк был шафером на свадьбе Имбри, который впоследствии описывал их как "старых, старых друзей".

В беседе со старшеклассником Имбри тщательно объяснил жизненно важное значение Конго для США: "Мы не хотели, чтобы русские получили весь уран. У них был свой уран, но мы, конечно, не хотели, чтобы они контролировали руды, которые добывались в Конго. Мы сделали все возможное, чтобы не допустить этого.... Во время холодной войны мы старались не допустить, чтобы Советы получили власть где-либо на земле".

Уран, - добавил он, - сделал Конго важной страной в том смысле, который просто неприменим к другим африканским странам: "У других африканских стран ничего нет. Они банкроты, большинство из них банкроты. Скажем, в Береге Слоновой Кости была лесозаготовительная промышленность, в Нигерии в то время не было нефти, и вообще не могло быть и речи о том, чтобы Нигерия имела какое-то значение".

"Нашей главной задачей, - сказал он, - было не допустить советских войск".

Имбри настаивал на том, что ЦРУ действует не независимо от правительства, а в партнерстве с ним. Государственный департамент, по его словам, отвечает за политику: "Когда политика требует проведения какой-либо операции, например, подрыва личности, подрыва правительства или любых других действий подобного рода, Государственный департамент принимает решение о том, что это должно быть сделано. Он обращается к ЦРУ и спрашивает: "Как вы собираетесь сделать это для нас?". В ответ ЦРУ представило ряд программ для решения проблемы Госдепартамента. Затем многие органы власти собираются в Совете национальной безопасности и решают, что эта программа ЦРУ соответствует потребностям Госдепартамента". И только после этого ЦРУ получает деньги на свою деятельность", - продолжает он. Таким образом, у ЦРУ нет никакого независимого режима. Деньги управляют им".