Читаем Взаимосвязи полностью

«… я почувствовала, как она кричит мне: спаси, спаси! Он задушит меня! Дочка, помоги мне! У меня не осталось сил… Я распахнула дверь и увидела…»

Несколько дней Ксюша просто не могла говорить. У нее пропал аппетит, пропало желание учиться. Она проводила весь день в своей комнате, читая книжки. Листала свои блокнотики и перебирала фотографии, а если мама хотела поучаствовать в ее занятии, Ксюша ложилась в постель и отворачивалась к стене. Антон больше не приходил. Мочалку, пропахшую его запахом, мама сожгла на костре за домом. Мочалки нет, Антона нет. Если ни о чем не думать, то жизнь возвращалась в прежнее русло… если бы не дневник. Его Ксюша читала каждый день. И каждый день она видела Антона в душе, обнаженного, повернутого к ней спиной. Она видела его в туалете, видела на кухне, видела с мамой в кровати. Она видела его везде. В доме не осталось предметов, которых бы он не трогал своими пальцами. Она стояла возле кухонной плиты, и ей не нужно было закрывать глаза, чтобы рассмотреть, как он сидит за столом за ее спиной и стряхивает в тарелку пепел с вонючей сигареты.

«… я не хочу жить в этом доме. Мой единственный родной человек стал мне отвратителен, потому что они делали это! Они делали это каждую ночь, пока я спала. Она больше не помнит папу…»

Антон навсегда исчез, и мама больше не желала заводить о нем разговор. И Ксюшина мечта раз и навсегда сбежать от собственной матери растворилась, как сахар в чашке с горячим кофе. Ксюша ложилась спать, представляя, как мама, работая в ночную смену, думает о ней. Думает, потому что очень любит. Так сон быстрее приходил к ней, а мысли кружились, как снежинки в предрассветной тишине. У всех бывают ошибки, говорила себе девочка, и, чтобы жить в добре и счастье, нужно их прощать. Она простила, значит, поступила хорошо — не так, как мама, когда привела в дом Антона.

Эпизод забылся, словно утренний туман. Дневник лег на полку под стопки книг и оброс пылью.

Но спустя год мама перестала возвращаться ночью домой, даже имея свободную смену. Впервые это случилось за пару дней до дня рождения Ксюши. Мама пришла под утро страшно уставшая и плюхнулась на кровать, не снимая сапог. Ее юбка, самая красивая и подходящая под цвета всех ее блузок, была разорвана в нескольких местах. Запах алкоголя разошелся по спальне. Косметика на ее лице размазалась, а волосы были спутаны в колтуны.

Мама проспала весь день в одной позе. Несколько раз Ксюша подходила к ней и тихонько склонялась над ее грудью, чтобы услышать дыхание. Мама спала. Ксюша гладила ее по рукам, но она этого не чувствовала.

Поздно вечером мама встала с кровати и пошла в душ. Пробыв там около часа, она вернулась на кухню и проглотила две таблетки аспирина. Мама выглядела ужасно, но стоило ей снова взяться за косметику, ее лицо преобразилось. «Это природная красота», — думала Ксюша, когда мама в очередной раз собиралась куда-то.

— Я на работу, дочка, — сказала она, уходя. — Буду поздно, ложись спать в десять часов.

— Конечно, мама, — ответила Ксюша, а как только захлопнулась входная дверь, кинулась к окну. Мама вышла из дома, перешла улицу и села в черную иномарку. Таких машин Ксюша раньше не видела. Зажглись огромные круглые фары, и машина тронулась с места.

В сердце девочки тоже что-то сдвинулось, потому что она ощутила горькое, вырывающееся наружу страдание и опустошенность. «Меня не бросили, — говорила себе Ксюша, и слышала, как эхо обреченных на безответность слов возвращается к ней. — Мама вернется, мама скоро вернется!» Она говорила, утирая слезы, медленно сползающие по лицу, и ее голос стал походить на поскуливание собаки. Ксюша зарыдала. Она долго держалась, сжимая кулаки и трясущиеся губы. Но тихая и пустая квартира с единственной включенной на кухне лампой не придавала веселья. Она напоминала о семье, которой уже давно нет. И если бы мама однажды предложила ей переехать отсюда в другой дом, Ксюша с радостью ответила бы согласием.

Девочка сидела между диваном и окном и смотрела в пол. Где-то на кухне горела лампа, но ее свет почти не попадал в спальню. Спускалась ночь.

Ночь, когда мама вернулась, Ксюша описала в своем дневнике следующими словами:

«Мама зашла в мою комнату и сказала, что скоро мы будем очень-очень богаты. Она стала меня целовать так, словно встретила после долгой разлуки. Она сказала, что у нее уже есть много денег, и на них можно взять спутниковую антенну и телевизор, а также сходить в дорогой ресторан или на концерт. Все это прозвучало, как сказка. Но я впервые видела в маминых глазах счастье. Впервые с той ночи, когда папа еще был с нами и крышу нашего дома накрыл снег толщиной в полметра».

Ксюша думала, что написать дальше, потому что следующие мамины слова заставили ее сесть на край дивана. Она помнила, как губы мамы вдруг остановились, лицо стало серьезным, а руки коснулись Ксюшиных коленок. Мама села рядом и сказала:

— Я хотела попросить тебя об одной вещи.

— Конечно, мамочка, — сказала Ксюша. Ее глаза еще не проснулись, и она смотрела на маму сквозь пелену.