Читаем Высотка полностью

(мягче, мягче, на полтона ниже, громкость убавляем почти до шепота, и вот оно, искомое)

10. …но я проверю, может быть, на четвертом этаже…

(И ушла.)

Баев, это ты сказал «отблагодарить» или мне послышалось? Дейл Карнеги, десять шагов к успеху, я посчитала. А в конверте что?

Аська, сиди, читай журнальчик и ни о чем не беспокойся. Ты — дерево, твое место в саду. Что там у тебя по горизонтали, река в Индонезии? И ты не знаешь? Стыд и позор! Пиши — Иньяхупетра. По буквам подходит, чего ж тебе еще надобно? А вот и наша благодетельница. Я твой паспорт кину ей в пасть, ладно? Мой завтра понадобится для сделки. Пиши объяснительную или что тут у них, карточка проживающего, а я пока осмотрю комнату, краны поверчу, сливной бачок потыркаю, шоб усе было в ажуре.

Да, вот еще. Сейчас я уеду, вернусь поздно. Ты погуляй сама, хорошо?


Я погуляла. Потом еще погуляла, но наращивание километража ни к чему не привело, счетчик не сработал даже на посадку. Город внезапно отказался меня узнавать, закрылся и не впустил. Я прошла по улицам, обозначенным на карте, не встретив ни одного знакомого дома, поднялась к замку Ричарда, спустилась на набережную, опять поднялась, посидела на холодной скамье в соборе, зачем-то свечку поставила… Все так делают, и я сделала. Загадала какую-то ерунду насчет лета, потом устыдилась и вышла вон.

Каштаны зеленели, солнце капало с листвы, по улицам неслись машины, весело сигналя, но все это было чужое. Я вернулась в гостиницу, с остервенением почистила зубы, чтобы перебить чувство голода, и легла спать.

Утром нашла баевскую записку:

«Драгоценная женушка!

Твой новый статус закреплен в документе, согласно которому нас тут поселили, поэтому не отпирайся, не отрекайся от меня, если будут спрашивать. А будут спрашивать настойчиво, пригрози, что я приеду и правильно! — разнесу этот клоповник вдребезги пополам. Сейчас-сейчас, перехожу к указаниям.

Указания будут такие. Жди меня, и я вернусь в аккурат к обеду. Карту забрал потому, что она мне самому нужна, я сегодня разъездной. Но ежели ты все-таки пойдешь гулять без карты и без меня, непременно потеряешься, сердитые девушки всегда теряются. Искать тебя повсюду я конечно буду, но это займет слишком много времени, посему лучше не теряйся.

Аська, я ужасно скучал, чтоб ты знала, горгулья ты киевская. Это еще одна достопримемемечательность, и не выговоришь, мне сегодня объяснили, что надо обязательно сходить на горгулью раз самый маленький лифт уже нами обкатан. Ты думаешь я бездельник и неуч, а я нашел тебе достопримеме, ну не буду продолжать, иначе до конца своего сообщения мне не добраться и до завтрашнего дня, в который я кстати смотрю с оптимизмом, чего явно не скажешь о тебе, зеленая ты гусеница, а должна быть бабочкой, и будешь уже сегодня.

Перейти на страницу:

Все книги серии Самое время!

Тельняшка математика
Тельняшка математика

Игорь Дуэль – известный писатель и бывалый моряк. Прошел три океана, работал матросом, первым помощником капитана. И за те же годы – выпустил шестнадцать книг, работал в «Новом мире»… Конечно, вспоминается замечательный прозаик-мореход Виктор Конецкий с его корабельными байками. Но у Игоря Дуэля свой опыт и свой фарватер в литературе. Герой романа «Тельняшка математика» – талантливый ученый Юрий Булавин – стремится «жить не по лжи». Но реальность постоянно старается заставить его изменить этому принципу. Во время работы Юрия в научном институте его идею присваивает высокопоставленный делец от науки. Судьба заносит Булавина матросом на небольшое речное судно, и он снова сталкивается с цинизмом и ложью. Об испытаниях, выпавших на долю Юрия, о его поражениях и победах в работе и в любви рассказывает роман.

Игорь Ильич Дуэль

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Там, где престол сатаны. Том 1
Там, где престол сатаны. Том 1

Действие романа «Там, где престол сатаны» охватывает почти весь минувший век. В центре – семья священнослужителей из провинциального среднерусского городка Сотников: Иоанн Боголюбов, три его сына – Александр, Петр и Николай, их жены, дети, внуки. Революция раскалывает семью. Внук принявшего мученическую кончину о. Петра Боголюбова, доктор московской «Скорой помощи» Сергей Павлович Боголюбов пытается обрести веру и понять смысл собственной жизни. Вместе с тем он стремится узнать, как жил и как погиб его дед, священник Петр Боголюбов – один из хранителей будто бы существующего Завещания Патриарха Тихона. Внук, постепенно втягиваясь в поиски Завещания, понимает, какую громадную взрывную силу таит в себе этот документ.Журнальные публикации романа отмечены литературной премией «Венец» 2008 года.

Александр Иосифович Нежный

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги