Читаем Выбор-побег полностью

В означенное время все собрались в столовой-гостиной, где уже были зажжены свечи и накрыт праздничный стол.

– Перекусите, ребятки, – радушно предложила сеньора Монтелеон. – Какие разговоры могут быть на голодный желудок? Вот, свежие маисовые лепёшки. Это – жареный зеркальный карп. Сама сегодня поймала. Где поймала? Места знать надо…. Ну, и бутылочка шотландского виски – в честь вашего счастливого возвращения. Мужчины, не спите, наполняйте чарочки…. Ну, за госпожу Удачу, которая всегда помогает смелым и отважным!

Немного погодя Аугусто поведал – в подробностях – о неожиданном нападении воинственных павианов. Реакция пожилой женщины была достаточно спокойной. Чуть заметно передёрнув худенькими плечами, она произнесла:

– Что же, бывало и хуже. Причём, гораздо. Обезьяны – твари коварные, злопамятные и жестокие. Видимо, Светлая Тень любезно присматривала за вами, легкомысленными малолетками…. А погибшего Хорхе – жалко. Хороший был индеец, спокойный, правильный, без всякой туземной придури…. Предлагаю выпить – за помин его краснолицей души. Мужчины, наполняйте чарочки….

После третьего тоста, который был посвящён Аргентине – сказочной бело-голубой стране, донья Анна милостиво разрешила:

– Теперь, мальчики и девочки, можете задавать вопросы, которые – частично и приблизительно – можно прочесть в ваших насторожённых глазах. Вываливайте их сразу, что называется, скопом. Отвечу – как получится. Что знаю – расскажу, о чём не уверена – промолчу…. Начинайте!

– А как вы узнали, что на нас нападут злобные павианы? – не заставила долго ждать Санька. – И за что – тридцать лет назад – вы обиделись на своего старшего сына Артура?

– И ещё было бы интересно узнать о разноцветных тенях, – торопливо дополнил Егор. – Что, собственно, следует понимать под терминами – «Светлая Тень», «Тёмная Теть»?

Минуты через две сеньора Монтелеон, визуально помолодевшая от выпитого шотландского виски, приступила к ответам:

– Про то, что у отряда, отправившегося к Индейскому нагорью, образуется кровавая стычка с павианами, я, естественно, не знала, да и не могла знать. Говоря о вашем вечернем возвращении, я имела в виду лишь затяжной тропический ливень, не более того. Классическая примета всех пожилых людей, мол: – «Если с раннего утра настойчиво ломит поясницу, а коленные суставы постреливают-поскрипывают, значит, в обеденное время пойдёт сильный дождь. Возможно, что и с грозой…». Так что, абсолютно ничего хитрого, таинственного и сверхъестественного…. Почему я вам этого не объяснила перед выходом на маршрут? Во-первых, я пыталась, но вы ничего не хотели слушать, мол, очень торопитесь. А, во-вторых, я не люблю – спорить с молодёжью. Иногда это приводит к совершенно неожиданным и непредсказуемым результатам. Привожу конкретный пример…. Тридцать лет назад я случайно обнаружила на письменном столе старшего сына – ему тогда было двенадцать с половиной лет – труды Кропоткина, Троцкого и Ленина. Естественно, будучи идейной и убеждённой противницей коммунизма, тут же закатила сцену. Вернее, добрых два часа распиналась – с пеной у рта – о низменной сущности этих пошлых и сладкоголосых политиканов. Артур, конечно же, пытался спорить и возражать – да, куда там…. Короче говоря, я строго велела сыну следующее. Первое, навсегда выбросить из головы всяческие социалистические и коммунистические идеалы. Второе, не ведая жалости, сжечь все эти мерзкие пропагандистские брошюры в кухонной печи. Велела, и ушла спать, дело-то было поздним вечером…. Утром просыпаюсь – ни дурацких книжек, ни Артура. А на полу в библиотеке лежит китайская антикварная ваза – разбитая вдребезги. Эту забавную вещицу мне муж подарил, за неделю до собственной смерти. Так, вот, получилось…. Любила я эту вазочку – до полной потери пульса. Даже иногда разговаривала с ней по ночам, делилась некоторыми переживаниями и сомнениями. И сынок знал про это…. Думаю, что всё получилось так. Артур очень сильно разозлился на мои навязчивые нравоучения (кровь Монтелеонов – горяча!), и поэтому, чтобы досадить, вгорячах расколотил заветную вазу. А разбив, испугался праведного материнского гнева и сбежал в западные джунгли, прихватив с собой вредные книжки и новенькое охотничье ружьё. Испугался-то он правильно, тридцать лет назад я была женщиной очень строгой, с нравом крутым, тяжёлым и непредсказуемым…. Искали Артура, конечно, потом по всем окрестным лесам и болотам почти полтора месяца, пока деньги не закончились. Были задействованы три наземных поисковых отряда и два военных вертолёта. Всё без толку, не нашли…. Через полтора года, в соответствии с каким-то там современным законом, мне в муниципалитете Сан-Анхелино даже выдали официальную бумагу – «Свидетельство о смерти» сына. Но бумага – бумагой, а сердце материнское упорно вещает, мол: – «Жив наш Артур! Жив!». И я искренне верю, что ещё увижусь – пусть, и перед смертью – с сыночком…. Что там ещё у нас осталось?

– Тени, – подсказал Егор.

– Это совсем просто. В своё время я оканчивала Университет в древнем каталонском городе Барселоне. Помните, бессмертные строки?