– Павианы очень любят полакомиться свежим мясом. Вы не знали? Теперь – знайте. Будем надеяться, что это нам даст дополнительные десять-пятнадцать минут форы…

Неожиданно рядом оглушительно громыхнуло.

– Вот же, блин! Как резануло-то по барабанным перепонкам, – болезненно поморщился Егор. – Чуть носилки не выронил.

– Что это было? – беспокойной юлой завертелась на месте Санька. – В какую сторону метать гранату?

Глава пятнадцатая

Краткий отдых и вторая попытка

Резкий и долгий звук повторился.

– Оставь, пожалуйста, гранату в покое, – попросил Егор. – Не стоит избыточно суетиться и мандражировать. По крайней мере, без отдельной на то команды…

– Приближается сильнейший тропический ливень. Возможно, что и настоящий ураган, – невозмутимо сообщил, дон Аугусто. – Гремит гром, не более того. А молний мы не видим – по причине высокой и плотной стены джунглей. Ничего, ещё успеем налюбоваться – на яркие электрические разряды – вволю.

– И точно, вокруг заметно потемнело. Солнышко надёжно спряталось за плотными тёмно-серыми облаками, а мы этого – за всякими обезьяньими делами – и не заметили, – подтвердила Санька и тут же въедливо уточнила: – А, вот, сильный тропический ливень…. Это для нас хорошо? Или же, наоборот, плохо?

– Просто замечательно и здорово! Павианы не любят мокнуть под дождём. Сейчас они дружно и весело переберутся на Обезьяньи горки, там, в древних меловых скалах имеются просторные пещеры…. Правда, у каждой медали имеется и оборотная сторона. Это в том смысле, что ливень вскоре нас догонит. Вымокнем до последней нитки и изгваздаемся в здешней липкой грязи – по самое не могу. Поэтому, друзья мои, предлагаю резко увеличить скорость передвижения по маршруту, а все пустые разговоры отложить на некоторое время…. Вдруг, да и успеем выбраться к поместью до начала дождя? Чем только чёрт не шутит…

Естественно, что ускользнуть от ливня они не успели. Когда была пройдена примерно половина намеченного пути, задул сильный ветер, преображая всё вокруг. От сонного и вязкого покоя джунглей не осталось и следа. Окружавшие путников тропические деревья жалобно стонали и угрожающе прогибались. Толстые ветки ломались с оглушительным треском. Со всех сторон сверкали жёлтые, белёсые и голубоватые молнии. Гром гремел одной тоскливой и безысходной нотой, не замолкая ни на секунду. Тонкие боковые отростки лиан беспорядочно метались из стороны в сторону, больно хлеща по спинам и плечам.

– Глаза! Берегите глаза! – предостерегал, стараясь перекричать надсадный вой ветра, дон Аугусто. – Будьте осторожнее!

Опять резко стемнело. Прямо над их головами неподвижно зависли тёмно-фиолетовые тучи.

«Натуральный морёный дуб!», – со знанием дела поведал непредсказуемый внутренний голос. – «Входная дверь и барная стойка в «Белой ласточке» имеют точно такой же эстетичный цвет. Прямо-таки, один в один…».

Гигантская ярко-жёлтая молния, уродливо изогнутая в десяти местах, ударила в старый эвкалипт, рядом с которым путешественники проходили пару минут назад. Громовой раскат, прилетевший уже через мгновенье, больно ударил по ушам, заставив опустить носилки с мёртвым телом на землю и присесть на корточки.

Вскоре раздался громкий и противный треск, запахло дымом. Егор торопливо поднялся на ноги и обернулся – вершина старого эвкалипта, в который попала гигантская молния, была объята тёмно-оранжевыми языками пламени.

– Как бы не начался лесной пожар, – предупредил встревоженный Санькин голос. – Порывистый ветер разносит яркие искры во все стороны.

– Не начнётся, – заверил сеньор Мартинес. – Ливень уже на подходе…. Слышите?

Со стороны поместья Монтелеонов долетел неприятный, однозначно-угрожающий гул.

«Грузовой железнодорожный состав – в непроходимых джунглях Никарагуа?», – насторожился подозрительный внутренний голос. – «Ерунда какая-то…. Впрочем, братец, это совсем и не поезд. Прямо на нас – неумолимо, как беспощадный и суровый рок – надвигается жёлто-стальная стена дождя. Настоящая стена – монолитная, равнодушная, страшная…

Через минуту начался обещанный дождь. Вернее, ливень…. Хотя, термин «ливень» весьма слабо и неполно отражал сущность данного природного явления. Просто с неба падали – совершенно отвесно – толстые и частые струи воды. Абсолютно ничего не было видно. Стоящая в двух с половиной метрах Александра только угадывалась – размытым стройным силуэтом. Со слухом наблюдалась та же история – был слышен только ровный гул водяных струй и отдельные обрывки фраз, слегка напоминавшие переливы обманчивого горного эха.

Нереальность происходящего была просто поразительной. Егор нисколько не удивился бы, если – по окончании этого странного природного катаклизма – оказался бы в каком-нибудь другом месте планеты, или же – совсем в ином Времени.

Даже привиделось – на краткие призрачные мгновенья. Вот, он руками раздвигает упругие струи дождя, делает шаг вперёд, а там – высокие пальмы, белоснежный пляж, неправдоподобно-бирюзовое море, ласковый прибой, элегантные силуэты парусников вдалеке…