Читаем Все пули мимо полностью

- Да, забыл предупредить, - говорит. - Все ваши и вашей семьи банковские счета, как в России, так и за рубежом, временно арестованы.

В самую точку Сашок попадает. Дёргается лицо "бывшего", губа копылится, голос срывается на тон повышенный, заносчивый, всему миру известный:

- Все мои деньги, понимаешь, честно заработаны!

- Вполне возможно, - с неожиданной покладистостью соглашается Сашок, но тут же врезает по полной программе: - Как и денежные вклады каждого россиянина-пенсионера, превратившиеся в пыль в результате ваших реформ. Тем не менее, арест с ваших счетов - если проверка покажет, что они действительно честно заработаны, - будет снят. Но не ранее чем мы возместим нанесённый вашими реформами ущерб всем пенсионерам.

Скрипит зубами "бывший", желваками на морде усиленно двигает, молниями из глаз мечет, но по-прежнему за рамки приличий "протокола" не выходит. Тот ещё кремень.

- Ну а вы почему молчите? - вдруг ко мне обращается. - Что за вас, понимаешь, секретарь распинается? Неужто новый президент старого никаким словом не уважит?

- Почему же, уважу, - говорю степенно, слова растягивая, стараясь в тон Сашку попасть. - Пшёл вон.

64

В тот же день я первый свой указ подписал - об учреждении при президенте России должности государственного секретаря и назначении на эту должность Александра Николаевича Широкова. Тут, правда, казус небольшой приключился.

- А это кто такой? - уже ручку над указом занеся, спрашиваю недоумённо и натыкаюсь на взгляд Сашка насмешливый.

Вот, блин, да это же он! - краснею до кончиков ушей. Впервые, может, его отчество с фамилией узнал, хотя, небось, фамилия Широкова как доверенного лица кандидата на всех документах в двух избирательных кампаниях фигурировала. Но я-то этих бумаг не читал, не глядя подмахивал... Впрочем, стоп! Был ведь случай с Пупсиком, когда Сашок на пацана за знание его настоящего отчества взъелся - вроде оно тогда другим было...

Быстренько с Пупсиком "связываюсь", и действительно - липа всё это. Протягиваю указ подписанный Сашку и вопрошаю с полной бесстрастностью на морде:

- А почему не Александр Веньяминович Гольцов?

Думал, прищучу Сашка по счёту "раз". Ни фига подобного. Знает он мои возможности, так просто его с панталыку не собьёшь.

- А почему, например, Сталин, а не Джугашвили? - пожимает плечами.

- Причём здесь какой-то Дж... Джушвили? - брови задираю. Вечно он какие-то аналогии заумные приводит.

- Потому что Джугашвили - настоящая фамилия Сталина, - фыркает Сашок. - Может, ты и настоящей фамилии Ленина не знаешь?

- А... Понял - кликуха подпольная, - киваю. И тут меня догадка ледяным холодом обжигает. - Слушай, а ты, случаем, не коммунист?!

- Приехали... - морщится Сашок. - Не путай грешное с праведным. У Гитлера тоже настоящая фамилия другой была - Шикльгрубер.

Затыкаюсь я тогда и молчу. И спрашивать не помышляю, кого он праведниками - коммунистов или фашистов, - а кого грешниками считает. И кто он сам. Как по мне, так хрен редьки не слаще.

Ну а дальше рутина сплошняком покатилась. Ничего мне Сашок не доверил, всё на себя взвалил, мне лишь представительские функции оставил. И корреспондентов через пресс-службу от меня на некоторое время отмазал мол, дайте новому президенту в делах государственных, весьма запутанных его предшественником, разобраться, а уж потом он перед вами с программной речью выступит. Только он это сказал, как сразу запестрели газеты статьями глубокомысленными - пришел-де наконец к власти человек думающий, и теперь в России всё путём будет, то бишь не как всегда, а по-умному. И смех, и грех такое читать.

Так что если не считать пяти минут разговора с премьер-министром, когда я ему "посоветовал" все дела первое время с государственным секретарём обсуждать, а на меня выходить только в случае крайней необходимости, то больше ничего серьёзного я как президент за месяц не сделал. Разве что в течение двух недель послов иностранных по десятку в день принимал, пока они мне верительные грамоты вручали. Поначалу даже интересно было почести подобные принимать, однако уже где-то на день четвёртый-пятый чуть откровенно зевать начал - та ещё бодяга протокольная оказалась. Помню, вернулся с такой встречи, а у меня судорогой челюсти свело - зевоту сдерживал. Осмотрел меня лечила, что по штату президенту положен, пилюли выписал. Ничего, подействовало, зевать больше не тянуло. Зато скука и нудота от послов с их речами официозными до мозга костей заели. Интересно, а нет ли таблеток от скуки? А то "микстуру" веселящую здесь уже после протокола разносят, но и её по-человечески не хлебнёшь, поскольку впечатление складывается, что все её то ли дегустируют, то ли бокалы для приличия в руках держат, будто не алкоголь это, а отрава. Мать честная, да куда же я влип - погудеть на полную катушку не с кем!