Читаем Все пули мимо полностью

Выбираемся мы из лимузина, на дворовых, само собой, ноль внимания обращаем, по ступенькам шагом уверенным поднимаемся. Власть брать идём! Анфилада дверей двустворчатых что по волшебству перед нами распахивается, и когорта наша - мы с Сашком впереди и четверо "секьюрити" чуть сзади тараном мощным по коридору проходит, никакого сопротивления не испытывая. Что в фильме каком-то, где матросня Дворец Зимний брала. А где тут "временные" исполняющие?! Слазь! Кончилась ваша власть! Под впечатлением этой картины у меня в голове мысль навязчивая вертится: "Что же это за закономерность такая в России многострадальной, что коренная смена власти всегда на октябрь приходится? Что в семнадцатом, что в девяносто третьем, что сейчас..." Кошу глаз на Сашка и вижу на его лице такую целеустремлённость одухотворённую, что меня предчувствие нехорошее охватывает: тем ещё этот третий октябрь для Расеи будет...

Вот и двери кабинета президентского. Входим мы с Сашком, "секьюрити" тут же за нами двери затворяют и снаружи остаются. Короче, всё путём идёт как и при любой криминальной "разборке".

"Бывший" за столом глыбой сидит, на нас в упор взглядом немигающим смотрит. Ни "здрасте" нам не говорит, ни движения какого не делает, типа там гостей встретить, из-за стола выйти, руки пожать. Молча сидит, непоколебимо, а потому кому другому грозным казаться должен.

Мы же на его "грозность" плевать хотели. Подходим к столу, напротив усаживаемся и тоже молча в него взгляды вперяем, словно в гляделки играть пришли.

Наконец "бывший" не выдерживает.

- Что же вы так, понимаешь, не по-людски со мной поступаете, - басит, позы не меняя. - Можно было передачу власти торжественно оформить. Для того и реформы демократические делали, чтобы цивилизованной страной выглядеть.

А это у нас традиция такая, только в Расее практикуемая, - каждого "предыдущего" очередной "последующий" пинком в зад выпроваживает. Себя вспомни, как ты в своё время поступил, думаю я, но вслух ничего не говорю. Пусть Сашок выкручивается, раз сам вызвался разговор вести.

И Сашок выкручивается, и с блеском. Спокойно так, с выражением бесстрастия полного на морде лица, говорит:

- Согласно международному праву в данном случае ни о какой торжественной передаче власти речи идти не может. Поскольку де-юре вы перестали быть президентом ещё два месяца назад, то де-факто автоматически прекращается с того момента, когда новый президент входит в этот кабинет.

Молчит "бывший", брови набасурманил, думает. Небось, как я, пытается врубиться, что это за "де-юра" и "де-факта" такие, которые власть у него из-под носа слямзили и "спасибо" не сказали.

- У вас будут какие-то пожелания перед уходом, - ровным голосом спрашивает Сашок, - просьбы?

Набычился "бывший", губами жуёт, с Сашка на меня, туда-сюда, взглядом прыгает.

- Да, - наконец с натугой изрекает. - Урегулировать некоторые вопросы надо.

- Какие?

- Пенсию, жильё, охрану...

Ни одна мышца на лице Сашка не дрогнула, а я с трудом удержался, чтобы не расхохотаться и морду респектабельную сохранить. Надо же, о чём думает! А как перед толпой распинался - никакой корысти для себя, всё во благо России!

- А конкретнее можно?

- Пенсию попрошу назначить мне в размере президентского оклада, оживает "бывший", свои интересы отстаивая. - Нынешнюю жилплощадь за мной закрепить. Ну и охрану в сорок человек для меня и моей семьи предоставить.

- Всё?

- Я человек нетребовательный, - хорохорится.

- Про дачу забыли, - напоминает индифферентно Сашок.

Тут глазки "бывшего" масляниться начинают, и на морде как бы удовлетворение некоторое проступает.

- Если, понимаешь, посчитаете возможным, не откажусь, - хитрит, реноме радетеля россиян соблюдая.

- Раз такое дело, поступим следующим образом, - скучным, бесцветным голосом начинает Сашок. - Поскольку из ваших еженедельных телеобращений к россиянам следует, что все ваши реформы и указы были направлены исключительно на благо всего народа, то и вам пенсия будет назначена на основе ваших указов на общем основании в размере среднестатистической. Государственный особняк, в свете тех же указов, придётся сдать - взамен получите квартиру в соответствии с общепринятыми нормами. Дачу предоставим обязательно - шесть соток в каком-нибудь садоводческом товариществе. Ну а охрана... Зачем она вам? От кого? Вы ведь так старались всем россиянам лучшую жизнь обеспечить, что вас, по идее, должны на руках носить. А вы охрана... Ну а если, не дай бог, в садовом товариществе какая-нибудь ссора на бытовой почве случится, скажем, сосед вдруг ни с того ни с сего вас по голове тяпкой приголубит, то мы задействуем все наши силы: и милицию, и следственные органы подключим и обидчика вашего по всей строгости закона накажем.

Каменеет на некоторое время "бывший", но держится. И вдруг нечто вроде улыбки язвительной в наш адрес на лице у него проявляется. Будто мы чего-то такого не знаем, от чего ему по фиг и пенсия, и квартира, и охрана, и дача в придачу.

Я-то действительно не знаю, но Сашок - мужик дока - сразу просекает ход мыслей "бывшего".