Кев улыбнулся и начал передавать по рации отчет с места происшествия. Все складывалось удачно для него и остальных, но нам с Эваном не следовало быть здесь. Мы должны были испариться до прибытия полиции.

Потому что мы с ним прилетели сюда, проведя секретную операцию в Северной Ирландии в составе 14-й разведгруппы; нам нельзя было светиться где-нибудь еще. Если нас обнаружат в Гибралтаре, поднимется большой шум.

Штаб находился примерно в пятнадцати минутах ходьбы пешком. Я засунул пистолет Кева за ремень джинсов и быстро зашагал прочь.

Вечером того же дня вся наша команда была уже на борту транспортного самолета «С-130 Геркулес», покидавшего Гибралтар. Настроение у нас было не самое лучшее.

Испанская полиция обнаружила бомбу, заложенную в машину ВИРА на подземной парковке в Марбелле, в тридцати милях от центра событий. Там было 145 фунтов взрывчатки «семтекс» и неподсоединенный часовой механизм, установленный на 11.20, когда церемония смены гибралтарского караула уже заканчивалась и гвардейцы уходили от резиденции губернатора. Белый «рено» в конечном счете должен был просто блокировать путь.

Когда Симмондс вышел, Пат сказал:

— Этой бомбы хватило бы, чтобы отделить Гибралтар от материка. Стоило только нажать на кнопку. Если будет дознание, то катись они все. Лучше дюжина присяжных, чем шестеро в почетном карауле.

Оглушенный ревом двигателей, я посмотрел в лица Кева, Пата и Эвана и постарался забыть, куда я возвращаюсь. Дом с голыми стенами это еще не домашний очаг.

Пат вдруг издал боевой клич:

— Один за всех, и все за одного!

Мы всегда смеялись, когда он проделывал это, но он угодил в точку. Любой из нас был готов положить свою жизнь за другого. Даже я улыбнулся: когда вокруг такие парни, кому нужна семья?

«Несомненно, — подумал я, — боевое братство — это самое лучшее в жизни».

1997

1

Если вы работаете на британскую разведслужбу (известную также как «Контора») и официально приглашены на ее сборище на южном берегу Темзы, в Воксхолле,[9] существуют три уровня общения. Первый — с кофе и бисквитами — означает, что вас хотят погладить по головке. Второй больше смахивает на поточное обслуживание в деловом стиле — кофе, но без бисквитов, и это означает, что вас не просят, а требуют следовать приказам. И наконец — уже без бисквитов, а равно и кофе. И это в принципе означает, что вы вляпались. Оставив САС в 1993 году и перейдя на теневые операции, я имел многочисленное общение на всех уровнях, но в тот понедельник у меня не было особых оснований ожидать красиво пенящегося капуччино. Действительно, дела шли не ахти.

Когда я вышел из метро на станции «Воксхолл», особенно радостных предзнаменований тоже что-то не было заметно. Мартовское небо было пасмурным и унылым, приготовляясь к пасхальным каникулам; путь мне постоянно преграждали ремонтные работы, а неожиданная дробь отбойного молотка прозвучала как залп расстрельного взвода. Воксхолл-Кросс — здание, которое обычно называют Ми-6, штаб-квартира Интеллидженс сервис,[10] — расположен примерно в миле вверх по течению от парламента. У него странная форма — бежевая с черным пирамида со срезанной верхушкой, строго поделенная на уровни, с большими башнями по бокам и террасой бара, выходящей на реку; не хватает только витиеватой неоновой надписи, чтобы подумать, что перед вами казино. Воксхолл-Кросс вполне уместно смотрелся бы в Лас-Вегасе. Я жалел Сенчури-хаус — старую штаб-квартиру неподалеку от станции «Ватерлоо». Да, то здание было порождением шестидесятых, уродливое, угловатое, перегруженное стеклянными панелями, оконными сетками и антеннами, и до него было не так удобно добираться от метро, но оно представлялось мне куда более уютным.

Напротив Воксхолл-Кросс, примерно в двухстах метрах от широкой автомагистрали, находился железнодорожный переезд, а рядом тянулись арки с множеством магазинчиков. Там же был и большой салон по продаже мотоциклов. Я приехал рано, поэтому зашел туда и принялся фантазировать, какой «дукати» куплю, когда мне повысят зарплату, чего вряд ли можно было ожидать сегодня. Удача так упрямо отворачивалась от меня, что я уже начинал подумывать: не бросить ли все к черту?

Я жутко облажался. Меня послали в Саудовскую Аравию настропалить, а затем обучить нескольких североиракских курдов, чтобы они убили трех видных деятелей партии Баас. Надежды возлагались на то, что эти убийства воспламенят и без того накаленную атмосферу и помогут свергнуть режим в Багдаде.

Первая часть моего задания заключалась в том, чтобы принять в Саудовской Аравии кое-какое оружие бывшего Восточного блока, доставленное контрабандно: снайперские винтовки Драгунова, парочку пистолетов Макарова и два автомата Калашникова с откидным прикладом — модификация для воздушного десанта. Все серийные номера были удалены, чтобы принадлежность оружия нельзя было установить.