Читаем Все еще будет полностью

Проходя через комнату, чтобы поздороваться с Николаем Петровичем, Иван незаметно на мгновение сжал ладошку Маргариты. От этого касания обожгло, как пламенем. Она физически ощущала, как предательский огонь побежал вверх по руке и обдал своим жаром щеки. Пришлось отвернуться. Профессор лишь сухо кивнул Иноземцеву, виновато указывая глазами на телефонную трубку, прижатую к уху. Судя по всему, разговор был приватный. Конфузливо улыбнувшись, Николай Петрович проследовал в кабинет, не забыв плотно прикрыть за собой дверь.

Может быть, при других обстоятельствах сухость профессора и расстроила бы Ивана Иноземцева, но только не в этот день. Напрочь позабыв про осторожность, он всем телом подался к Маргарите и в ту же секунду припал к ее рту своими горячими губами. Его поцелуй становился все более безрассудным, он все ближе прижимал к себе окончательно побагровевшую Маргариту, полностью теряя контроль над ситуацией. Даже и ухом не повел, когда протяжно заскрипела несмазанная дверь.

В ужасе Маргарита отпрянула от Ивана, пытаясь высвободиться из его объятий. Но уже в следующее мгновение она весело смеялась, указывая озадаченному Ване на причину ее беспокойства: в гостиную из прихожей пробрался Бобик.

Губы Ивана поспешили раздвинуться в улыбку.

Слава Богу, Николай Петрович любил поболтать по телефону. Бросив взгляд на закрытую дверь в кабинет, Иван вдруг стукнул себя ладонью по лбу, будто о чем-то вспомнив:

– Как же я мог забыть, – тихо заговорил он, наклоняясь, чтобы достать из кожаного портфеля небольшую белую коробку, украшенную китайскими иероглифами. – Купил тебе в подарок, на «Сотбис».

Маргарита оцепенела от неожиданности. Ваня понимающе улыбнулся и сам открыл крышку. На свой подарок не смотрел – ему было важно впечатление, которое он произвел на Маргариту. У нее же оцепенение сменилось полнейшим параличом:

– Ведь это же настоящая цинская ваза. И какая! На ней не простой дракон, а императорский. Посмотри: пять когтей на каждой из четырех лап, – прошептала она, дрожащей рукой поворачивая драгоценную вазу. – За незаконное использование пятипальцевого дракона наказывали как за измену не только преступника, но и весь его клан. И фон желтый, тоже императорский.

Сомнений быть не могло. У нее в руках драгоценная фарфоровая ваза времен династии Цин. Аккуратно перевернула вазу, посмотрела на донышко: все верно – марка династии Цин, точнее, императора Цяньлуна. Лучшие времена для китайского фарфора.

– Ай, какой ты добрый, – вырвалось у нее (Иван зря расплылся в самодовольной улыбке – комплимент предназначался дракону). – Основное качество китайского дракона – доброжелательность. (Эти пояснения уже предназначались Ивану.) В отличие от западного – коварного, злого и многоголового, как наш Змей-Горыныч. Ты только посмотри, какие у него рожки на голове, он ими слышит. (Иван же ничего не слышал, он с восхищением поедал взглядом любимую.) А чешуйки! Их ровно сто семнадцать – можешь не проверять. Восемьдесят одна янская и тридцать шесть иньских. Оба числа, что важно, кратны девяти. И вообще – четные числа иньские, а нечетные – янские.

– Я рад, что тебе понравилось, – ласково прервал ее Иван.

– Понравилось? – встрепенулась Маргарита. – Да ты просто с ума сошел! Мне просто страшно подумать, сколько ты заплатил. Особенно сейчас, когда все так непросто. Даже не представляю, где буду это хранить.

– Я купил вазу два месяца назад – тогда мои дела обстояли куда лучше. Она просто очень долго ехала. Я думаю, ты можешь спокойно поставить ее в спальню. У нас в городе нет охотников за китайскими вазами.

Их разговор прервало шарканье домашних туфлей Николая Петровича. Маргарита быстро прошмыгнула к себе с комнату. Вместе с вазой. От греха подальше.

Профессор пригласил Ивана Иноземцева к себе в кабинет. При этом разговоре Маргарита не присутствовала.

Оставшись одна, первым делом попыталась привести в порядок мысли. В голове был полный сумбур. На первом месте была, конечно же, ваза. Поставила ее на туалетный столик у кровати. Полюбовалась. Немножко передвинула, чтобы свет падал более выигрышно. Припомнились слова Гарри. Выходит, он был прав. Здесь, в Вольногорах, она стала хозяйкой настоящей цинской вазы. Так сказать, создала очаг цинской культуры.

Будто бы сон какой-то!

Усилием воли заставила свои мысли отвернуться от вазы – были заботы и поважнее. Почему Владлен был с Лизой? Зачем написал в прокуратуру показания против Иноземцева? Если Лиза действительно помогает Ивану, а Владлен работает против него, то почему эти двое вместе? Что делала Лиза в Североречинске?

Вопросов было слишком много. Догадок никаких. И почему, почему упустила возможность рассказать все Ване? И когда теперь удастся вновь переговорить без свидетелей, наедине?

Чтобы хоть как-то расслабиться, пошла прогуляться по Интернету. Для начала зашла в Facebook – мысленно пообщаться с друзьями, которых у Маргариты значилось более двухсот. Друзья активно делились мыслями, сообщали о своих передвижениях и переживаниях: